в ватном белье и наживших свою болезнь вместе с богатством на контрабанде человеческих почек, или владельцев гадальных домов, принесших в дар девяти богиням свою нижнюю челюсть ради долгожительства, или же носителей бычьего рога, скорых на суд и расправу. Тут же вспоминали и о жутком еще довоенном случае, когда одним сентябрьским вечером из здания большого театра Ван-ты-сина выбежали, пугая прохожих и возничих, окровавленные китайские акробаты, на спинах которых дергались маленькие ножи, обмотанные лоскутами их же собственной кожи.
В довершение для большего эффекта почтенный член коммерческого клуба приступал к рассуждению о наполнявших китайский квартал миллионах устрашающих психических испарений или аур, как выразилась бы одна чрезвычайно сведущая и, вероятно, оттого столь бледная и исхудалая хранительница сокровенных знаний, прибывшая из самой столицы. Эти ауры, будучи дикими порождениями нижайших людских страстей с поразительной по разным свидетельствам силой притягивались друг к другу и беспрестанно умножались. Они переполняли потайные тоннели и проходные дворы, знакомые лишь квартирантам, личностям уголовным, да студентам-ориенталистам старших курсов, проводившим здесь так называемые «исследования фактурного языка». За долю мгновения повествователь превращал только что живописно им изображенное злачное место в подобие восточного лимба, пройти по которому для белого человека было делом не только опасным, но и положительно невозможным. Именно так гласила небылица о маньчжурском принце, изгнаннике, что бежал сюда, надеясь получить в заем солидный капитал и продолжить свои политические притязания на императорский трон. Задуманное, однако, открылось его злейшему врагу, и вслед был послан знаменитый убийца Лю Цзы, погубивший более пятидесяти мужчин, коней и женщин, но никого собственноручно. Во Владивостоке коварный наемник поступил слугой в дом русского купца первой гильдии и по прошествии трех дней выведал в полной мере истинное положение принца, для расправы над которым замыслил хитроумную и вместе с тем простейшую комбинацию. Он подлил настой ядовитых ягод в питье старшей дочери хозяина, чтобы ночью та пришла в беспамятстве на базарную площадь, где он встретил ее и сопроводил в подземные покои к принцу, погруженному в крепкий и благостный сон, совершенно несвойственный для претендентов на престолы великих царств. По внушению Лю Цзы опоенная юница любовно поцеловала спящего в губы, чем смутила его сердце. Так наследник лишился связи с божественным духом предков и до конца своих дней обречен был скитаться по несчетным переходам китайских трущоб в поисках выхода.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона,