Что же ты, Миша, делаешь? Мне и так больно, зачем тебе нужно так мучать меня?
Самат понял состояние девушки. Нет, он не ревновал. В душе парень понимал, что он воспользовался случаем, влез в отношения Эли. Также он был уверен, пройдет время, Эльмира полюбит его, забудет этого молокососа. Нужно поддержать ее, помочь все будет хорошо.
Эля спиной почувствовала, что Михаил стоит у входа. Она не повернулась, даже бровью не двинула. Положив обе руки на плечи Самату, встала близко-близко. Парень, в свою очередь, бережно обнял Элю, немного прижал к себе
– Все хорошо, любимая, я с тобой. Поверь мне, никогда тебя не предам, не словом не обижу. Ты моя хорошая.
После этих слов слезы сами выступили на глаза, больше Эля не могла сдерживать себя. Она спрятала лицо, уткнувшись в плечо Самату.
«Нужно успокоиться. Я выдержу и это, музыка скоро закончится», но она длилась вечность.
Когда, наконец, замолкла песня, в наступившей странной тишине Эльмира услышала шаги. Это был он, Миша! Взяв Элю за плечи Михаил рывком повернул ее к себе лицом, и она оказалась в объятиях парня. На девушку уставились два черных глаза без зрачков, в которых Эльмира увидела не любовь, не раскаяние, а злобу, даже ненависть.
– Элька! Что ты делаешь? Ты за этого человека в футляре замуж собралась? Как же наша любовь?
Эльмира обеими руками оттолкнула Михаила, посмотрела уничтожающим презрительным взглядом.
– Нет никакой любви. Права твоя мама, я тебя не ждала.
***
Эльмиру пробирала дрожь с ног до головы. Она сама не смогла бы объяснить свое состояние. То ли разочарование, то ли злость, то ли обида. Только ей было очень плохо. Хотелось упасть прямо тут, свернуться в клубок, превратиться в камень, не чувствовать ничего, не помнить. Она шла, опираясь на руку едва знакомого человека, пришедшего на помощь в то время, когда ее предали близкие.
Самат снял пиджак, накинул на плечи Эли. Достав из кармана платочек, вытер ей слезы.
– Вот и пригодился платочек. Не плачь, все проходит, поверь мне, хорошая моя. Я сделаю все, чтобы ты стала счастливой.
Он осторожно вытер девушке слезы, нежно-нежно поцеловал ее в глаза. Эля не отодвинулась, не оттолкнула. Тогда Самат прикоснулся губами к ее губам. Она ответила неожиданно жарко, словно долго-долго жаждала, и теперь ей дали напиться. Они стояли под большой березой, облитые светом колдовской луны сливаясь в одну причудливую фигуру.
Первой опомнилась Эльмира.
– Пойдем, Самат, мама будет переживать, если я не вернусь вовремя.
– Да, кстати, ты сказала маме, что собираешься замуж? Все у нас с тобой так внезапно произошло.
– Сказала, Самат. Только мама не рада моему решению. Понимаешь, у нее сложный характер. Все должно быть так, как она хочет. Мы никогда с матерью не спорим. Вот, смотри, моя сестра Альбина встречалась со своим Васей больше пяти лет. Наша мама привязалась к нему.
Вася бросил Алю беременную. Сестра сделала аборт. Мама сказала, что она сама виновата, не смогла