Калеб Азума Нельсон

В омут с головой


Скачать книгу

Где трещина? Где перелом? При каких условиях безусловная любовь рушится? Ответ: ты всегда будешь плакать по отцу.

      Вспоминается фотография Дональда Родни под названием «В доме моего отца». Там смуглая рука вверх ладонью, изрытой складками; на ладони стоит крохотный ветхий домик, скрепленный в нескольких местах булавками. Бывало, тебе виделось, что ты несешь дом своего отца, а это значит, что ты несешь часть дома, который нес он: часть дома отца своего отца, и каждый делал то же самое… Хотелось сжать руку в кулак, раздавить домик, сжать в ладони, но, возможно, стоит отворить его двери, осмотреть светлые комнаты, заглянуть в темные и поискать, что ускользнуло от взгляда. А затем уйти, оставив с миром и дом, и себя. И ее.

      Она говорит:

      Язык подводит нас, как порой и наши родители. Мы все друг друга подводим – сильно и не очень, но, послушай, когда мы любим, то верим, а когда не любим, то повреждаем этот сустав. Она не желает ломать его, может, этого и не произойдет, но лучше не проверять. Она тоже не религиозна, но знает, чего хочет.

      Ей не терпится вернуться домой, в знакомое место. Может, там к ней придут логика и ясность. И определенность.

7

      – Ты обедала?

      – Не-а.

      – Тогда я закажу. Китайская, индийская, тайская или карибская? – спрашиваешь ты.

      – Карибская до нас век не доедет. Может, Китай?

      – Ага, китайская всегда подходит.

      Прижав телефон ухом к плечу, пытаешься удержать корзину с продуктами в руках.

      – А чего именно хочешь? – спрашиваешь ты.

      – Скинь в сообщении меню. Хотя… можно просто что-нибудь с курицей. Или нет, ребрышки. Да, возьми мне, пожалуйста, ребрышки.

      – Оки-доки. Скоро буду.

      Придя домой, достаешь продукты, которые она точно любит, но сама не купила бы: сладкие тайские чипсы с чили, соевое молоко, чай с бергамотом. Вы всего лишь договорились посмотреть отснятые для вашего проекта материалы, но тебе хочется, чтобы она чувствовала себя уютно, как дома.

      У тебя слишком тихо. Оглушительное отсутствие людей. Каждый раз, как ты приходишь к ней, из переносной колонки раздается музыка. Что поставить? Что намекнет, что ты не воспринимаешь эту встречу как нечто большее? Отсутствие подобных мыслей, впрочем, уже поздно.

      Стук в дверь. На пороге крепкий, улыбающийся мужчина с промасленным бумажным пакетом доставки. Она появляется из-за угла твоего дома, очень спешит и сталкивается в калитке с курьером.

      – Прости, что задержалась. – Вы обнимаетесь на пороге, а когда ты отстраняешься, она спрашивает: – Можно признаться?

      – Давай.

      – Нигде я не задержалась. Просто опоздала. Лень было собираться.

      – Да все в порядке, заходи.

      Она смотрит по сторонам, как первооткрыватель, исследующий местность для нанесения на карту. Взгляд скользит по фотографиям в коридоре, пытается найти логическую связь, обрабатывает полученные данные. Она прокладывает маршрут на основе сходства и сразу идет на кухню набрать