её условия, то вернёшься в эту самую точку. И во всех этих бесконечных повторениях будешь знать, что упустила свой шанс.
– Я понимаю, – прошептала Лена. – И другого у меня не будет. Я согласна.
Кира поднялась на ноги и громко сказала:
– Так встань, дух.
Лена хотела было вновь поднять руку, скованную наручниками, чтобы продемонстрировать всю глупость этого предложения. Но её запястье вдруг прошло сквозь металлический ободок. Женщина с удивлением уставилась на свободную руку, не веря происходящему. Ухватившись за батарею, она поднялась. Кира протянула ей свою ладонь, их пальцы соприкоснулись.
– Я отправляю тебя, дух, в своё смертное тело. Обязую тебя найти и остановить твоего мужа, Серафима. Жизни спасённых тобой людей станут платой за твоё освобождение. Если ты нарушишь обещание, то проведёшь вечность в своём наказании. Согласен ли ты, дух?
– Согласна. – На этот раз в голосе Лены не было сомнения.
– По закону вселенной, я обязуюсь занять твоё место и проходить твои мучения, пока ты выполняешь свою часть сделки. Я добровольно соглашаюсь с условиями договора.
Женщины одновременно отпустили руки друг друга.
Ноги Киры тут же подкосились. Чтобы не удариться, она ухватилась за батарею. Наручник с холодным лязгом защёлкнулся вокруг запястья. Стало мокро и ещё более холодно. Лена смотрела на неё сверху вниз.
– Со стороны это выглядит не лучше, – заметила она.
– Да уж, – согласилась Кира. Зубы уже начинали стучать. – Поторопись, пожалуйста.
Лена шагнула к ней и попыталась закрыть окно.
– Не выйдет, – заметила Кира. – Таковы условия сделки. Поменять их нельзя, можно только выполнить условия.
– Что мне делать? – спросила Лена растерянно.
– Выйти за дверь. – Кира только сейчас заметила, что они находились на кухне с закрытой дверью. Никакого чёрного пространства вокруг больше не было. В какой-то момент всё стало нормальным… за исключением того, что она была мокрой и прикованной к батарее. – Там тебя уже ждут. Лена, – окликнула она женщину, когда та открыла дверь, чтобы выйти. – Будь осторожна! Он несёт смерть. Моё тело не должно пострадать, иначе…
– Иначе мы обе застрянем здесь. Я помню.
Лена кивнула и вышла прочь. Кира осталась одна.
Подёргала прикованную руку. Металлический звук разбавил монотонное завывание ветра. Она попыталась развернуться к батарее так, чтобы волосы быстрее просохли и стало не так холодно, но Серафим зафиксировал свою жену так, чтобы у неё было минимум опций для движения.
– Надеюсь, это не продлится долго, – пробормотала Кира.
Но это длилось целую вечность. Всё бесконечно повторялось: свист чайника. Ванна. Пощёчина. Холод. Тьма. Свист чайника.
Кира знала хронологию – «петля» длится полтора дня, – но всё равно сбилась со счёта на пятом повторе. Сколько их было после, она не могла сказать. Ещё пять? Пятьдесят пять? Кира плакала, кашляла, мочилась под себя и умирала – раз за разом. Она проклинала Серафима, Свету и себя – за