для меня такой участи?
– Я желаю породниться с правящей фамилией из Валахии12, – произнёс Матьяш. – И ты для этого весьма подходящая невеста.
– Да? – удивилась «невеста». – И с кем там заключать брачные союзы? Эта страна влахов – как тёмный омут. Даже не знаю, кто там у власти. А Ваше Величество намеревается ввергнуть меня в этот омут? Я не поеду!
– Всё не так страшно, – успокоил её король. – Жених находится не за горами, а у нас, и первое время вы станете жить не в Валахии, а близ Буды, почти что в столице.
– Но рано или поздно мне придётся ехать в Валахию? – спросила Илона.
– Скорее поздно, чем рано.
– А переменять веру? Влахи ведь не католики.
– Нет, веру переменять не придётся. Я обещаю. – Матьяш снова улыбнулся, но не мог не понимать, что сватовство идёт не очень гладко. Невеста сохраняла на лице недовольство.
Матьяш замешкался, очевидно, раздумывая, как повести беседу дальше и сделать её приятнее, а Илона воспользовалась этим, чтобы твёрдо произнести:
– Нет, Ваше Величество. Можете гневаться на меня, но я отказываюсь.
– Даже не узнав имя жениха?
– Его имя всё равно мне ничего не скажет.
– Нет, ты слышала об этом человеке.
– Слышала?
– Да, – сказал король. – Это мой кузен Ладислав Дракула.
У Илоны округлились глаза, и даже рот приоткрылся:
– Тот самый Дракула?
– Да.
Она ещё несколько мгновений смотрела на Матьяша, а затем, впервые за всё время, проведённое у тётки, почувствовала, как от подступающего веселья уголки губ сами собой тянутся вверх, и расхохоталась. Аж до слёз! Вышивание упало с колен и сделалось добычей игривой кошки, но Илона этого не заметила. Вытирая руками выступавшие слёзы, она никак не могла перестать смеяться, а когда всё-таки успокоилась, то едва выговорила:
– А я ведь поверила… ой… поверила… Даже испугалась немного… Ваше Величество так ловко всё разыграли… Так похоже на настоящее сватовство…
– Что же тебя насмешило? – очень серьёзно спросил Матьяш, то есть ясно дал понять, что это не шутка.
Илона недоумевала:
– Как «что»? Ведь он… он же Дракула!
* * *
Дракула – это имя Илоне в юные годы доводилось слышать много раз. Кажется, в переводе с валашского оно означало «чёрт» и было не столько именем, сколько прозвищем, однако такое же прозвище когда-то носил отец Дракулы и оставил сыну в наследство, а прозвище, передающееся по наследству – всё равно что имя.
Как бы там ни было, но это семейство «чертей» в семье Силадьи в прежние времена вспоминали довольно часто. О Дракуле, которого теперь прочили Илоне в мужья, много говорил дядя Михай и, как ни странно, отзывался о нём одобрительно.
Это казалось особенно странным, учитывая то, что говорили о господине Яноше, муже тёти Эржебет, и об отце Дракулы. Утверждали, что отец Дракулы был очень плохим человеком, ведь «чёртом» просто так не назовут, и что этот «чёрт» получил по заслугам, когда господин Янош велел отрубить ему голову. А что касается