покойника его заинтересовало, но в этот раз ему не позволяли обстоятельства, и он прошёл мимо газетчика, направляясь к дверям морга.
В приёмной его нос уже начал щекотать сладковато-кислый запах мёртвой плоти с еле слышимыми оттенками запёкшейся крови и отзвуками бальзамирующих растворов. Прист подошёл к белой мраморной чаше, наполненной пузырившейся водой, от которой исходил аромат эвкалипта, и, обмакнув в ароматизированной жидкости пальцы, смазал ею кончик носа.
– А, мистер Прист! – поприветствовал сыщика врач, вышедший из прозекторской, чтобы закурить, – Инспектор Стивенс всё-таки нашёл вас. Сочувствую.
– Да, доктор Барнет, для меня это было неожиданностью – сказал Кристофер, снимая с головы цилиндр, – Я бы хотел увидеть тело. Вы не против?
Патологоанатом уже раскуривал бриаровую трубку:
– Да, конечно. Я недавно с ним закончил. Прошу, проходите.
Прист вошёл в комнату для бальзамирования и почувствовал резкий порыв концентрата и сырого воздуха, который вырвался в открытую дверь.
– Узнали причину смерти?
– Его отравили мышьяком, а потом срезали лицо. Он не чувствовал боли. Смерть – лучшая анестезия – доктор Барнет не стал тушить трубку и подошёл к анатомическому столу, на котором лежало тело. Пуская лиловые клубы дыма, Барнет сказал – Сделал он это очень аккуратно. Посмотрите сюда.
Присту было не привыкать видеть покойников, он вёл себя хладнокровно и ни чему не удивлялся. Сыщик наклонился поближе к обезличенной голове и взглянул на линию среза возле уха, куда указал врач.
– Даже у меня бы так ровно не получилось – усмехнулся доктор, затягиваясь очередной порцией крепкого табака, – Особенно меня поражает его техника с глазами. Они остались целы и невредимы. А ещё обратите внимание на губы! Он профессионал, и давно этим занимается. Вам бросил вызов гений, мистер Прист. Мастер своего дела.
– Да уж – выдохнул Кристофер, внимательно рассматривая кровавую маску и концентрируя зрение на деталях, которые озвучивал доктор Барнет.
Потом он приступил к осмотру рук убитого. И первое, что сделал детектив, изучил его ногти, а точнее грязь, скопившуюся под ними. Он выковырнул кусочек земли из-под указательного пальца, растёр его и понюхал.
– Он жил в районе Ист-Энда и работал в порту.
– Откуда вы знаете? Кто вам сказал, мистер Прист?
– Глина из-под его ногтей. В этом районе специфическая глина, и её не спутать ни с какой другой.
Барнет еле сдержал смех, подавившись дымом, он думал, что сыщик издевается над ним.
– Вы мне не верите? У меня в подвале собрана целая коллекция образцов глины, песка и пыли с разных районов Лондона и каждый имеет свой определённый запах. И моё обоняние ни разу меня не подводило!
– Да, я вам верю.
– Ещё одно, – заметил детектив, подняв левую кисть мертвеца, – Тут не хватает ногтей на мизинце и безымянном пальце. Ногтевые пластинки полностью оторвали. Видите? Вместе с кожей.
– Да, – подтвердил доктор – Следы борьбы?
– Не