этого мира. И уже не так очевидно было – Сияние ли управляет Человеком или же Адам влияет на преображающую окружающую действительность Силу Сияния. Воля Адама была настолько могущественна, что в какой-то момент показалось, будто уже не он, а окружающий мир вращается вокруг Человека, видоизменяясь и преображаясь по его желанию.
Однажды, когда животный мир в исключительной полноте предстал перед повелителем Эдема, и взгляд Адама охватил всю эту неимоверную палитру жизни, он внезапно смутился. Исполняя ещё не озвученную волю, я мягко подхватил повелителя и спустя миг опустился на вершину Камня Причины, подножие которого уже успело покрыться изумрудной пеленой, пробившейся сквозь породу растительности.
Адам сел на край и закрыл глаза. Сияние покрыло человеческую голову, и томные волны невещественного Света потекли куда-то прочь, или скорее вглубь окружающего нас пространства. Впрочем, скоро они полились и в обратном направлении, словно Человек общался через это движение с Сиянием, и оно отвечало ему.
Адам был явно чем-то встревожен. Сколько я ни пытался заглянуть в закрытые глаза Человека, ничуть не преуспел в определении его тревоги. Но возмущения Сияния, как и моя интуиция, говорило, что дело касается чего-то очень важного и значительного. Человек всматривался в пучину Сияния так напряжённо, как вглядывается в бушующее море тот, кто с берега пытается разглядеть маленькую лодку. От такого напряжения я стал нервничать и от волнения начал икать.
Но однажды Адам всё-таки открыл глаза и улыбнулся. В его ясных синих глазах я увидел, что он узнал то, что выпытывал у Сияния. Приложив к своей груди обе руки, он стал шевелить губами, еле слышно произнося какое-то имя, и затем порывисто вскочил:
– В Эдем!
Оказавшись снова в саду, Человек скрылся в чаще леса, окруженный ярким обволакивающим Светом. Я постарался вернуться к любимейшему из занятий – безделью, но невесть откуда взявшееся чувство тревоги, впервые появившееся после перерождения, завладело мной. К своему удивлению я отметил, что, лишившись близости Адама, я утратил и чувство присутствия Силы. Дабы устранить неприятное ощущение беспомощности, я решил разыскать Человека.
К счастью, долго искать не пришлось. Свет Сияния ярко озарял устье четырёх рек. Я направился туда, полагая, что достаточно будет одного взгляда на светоносный облик Адама, чтобы тревога покинула меня, уступив место радости и покою. В надежде остаться незамеченным, я осторожно приблизился к берегу. Адам лежал на спине, погруженный в воду. Глаза его были закрыты, руки и ноги раскинуты в сторону. Сияние медленно вращало тело по кругу, отчего по водной глади расходились кольца. Сперва я с ужасом подумал, что Адам утонул. Погруженный с головой в воду, он не подавал никаких признаков жизни. Я хотел броситься в воду и поскорее вытащить его на берег. Но лишь только я двинулся, Сияние мощным толчком отбросило меня назад, придавив к земле жгучим огнём. Я зарычал, и мой рёв эхом прокатился по водной глади убегающих в разные стороны речных потоков. Но стоило ему затихнуть,