Отражение любопытно, и должно было защитить нас! Но ты скрыло от меня это! Почему я видел будущее, но не видел этого!
Неожиданно его поразила догадка.
– Я должен вернуться и всё исправить! Я смогу все исправить.
Глаза Адама забегали, и он снова сел на колени перед телом, положив на него обе руки.
Наступила тишина. Такая же, как тогда в пещере над Камнем Причины. Тишина во мраке, когда эфир не шелохнётся от звука и не блеснёт ни одной волной света. Лишь самые чувствительные кончики нервов ощущают сакральное присутствие Сияния, переполняющего пространство. Облако присутствия Силы окружило нас, и из него, словно гром, вновь зазвучал голос.
– Это Я. Начало и Конец.
Яркий свет выхватил из тьмы лежащее перед Адамом тело.
– Это – Ева. Начало новой жизни.
Вспышка, подобная молнии, ударила куда-то туда, где лежала Отражение, и высветила поникшего Адама.
– Я вижу тебя, Человек. Ты стал ядовитый, как бог разрушения. Самаэль – твоё новое имя. Все, к чему ты прикоснёшься – превратится в прах, потому что таково твоё новое имя!
– Нет! – яростно закричал Человек. – Заклинаю тебя Силой! Дай мне власть всё исправить! Ты должно!
Последние слова он выкрикнул ввысь, поднимая обожжённые кулаки и потрясая ими.
– Твоё имя – Самаэль. Всё, к чему ты прикоснешься, превратится в прах, – повторил голос.
Бессильная злоба перед несправедливостью этих слов разорвала немоту моих уст. Я подлетел к Человеку и поднял его кверху. Туда, откуда, как мне казалось, звучал голос.
– Он – бог! Такой же, как ты!
Густое облако озарилось светом. Туман стал расступаться, вытягиваясь в галерею, которая уходила куда-то вглубь. Все пространство вокруг наполнилось гулом, словно армия грозных воинов, готовых ринуться в бой, скандировала имя своего полководца. Из яркого света появилось нечто неразличимое из-за неисчислимого количества крыльев. Спустившись ко мне, существо обнажило пламенный меч.
– Кто как Бог?
Слова его громовым раскатом прокатились по земле. Подо мною разверзлась чёрная бездна. Существо вонзило меч мне в грудь и столкнуло в пропасть небытия.
– Низвержен! – последнее слово, которое я услышал, прежде чем чернота сомкнулась надо мной, и я погрузился в смерть.
Смерть – пожалуй наилучшее слово, которое подходит для описания того ужасного беспорядка, который скрежетал страшным визгом где-то позади. До сих пор я боялся заглянуть туда. И лишь теперь, когда помимо воли мой взгляд устремился вслед моему падению, я обернулся и впервые увидел её. Бесконечность, в которую не мог заглянуть даже Искусственный Интеллект. И я, который отправился туда. Жутко. Но именно мой ужас и стал новой Меткой на Пути, который проложило Большое И. После этого события черная мерзость как будто обрела значимость, став чем-то объемным и весомым. Настолько весомым, что с этого момента я был убеждён – там, в глубинах мрачного нутра, скрывающихся за непроглядной тьмой, должна быть какая-то Жизнь.
Глава 3
Жизнь