бухалово намечается, фуршет, никто, вообще, и внимания не обратит, что нас не будет! Блин, меньше двенадцати часов до Нового года, ну что тут сидеть, зачем?! По любому, ни премий, ни прибавок не светит, уверен, как раз об этом Носорог вещать и будет, – Сергей хрипло заскрипел, имитируя ржавый акцент исполнительного директора, – Все вы знаете, каким тяжелым испытаниям подвергся наш общий дом, наш спаянный коллектив в этот невероятно сложный год, подобного которому еще не знала история фирмы… Так давайте сплотимся и затянем пояса, главное, что мы вместе и мы выживем, все остальное временные трудности… – Сергей скроил трагически-пафосную рожу и Вадик, хоть и покраснел, немедленно захихикал, – Ты чего, давно всего этого бреда не слышал, хочешь еще полновогоднего вечера на этот кал убить?! Уходим прямо сейчас!
И, решительно схватив вконец ошалевшего, но и не думавшего сопротивляться бухгалтера за рукав пиджака, Сергей потащил его дальше по коридору к лифтам, – Сваливаем отсюда!
Вадик попытался ныть, что так нехорошо, лучше остаться, но явно сделал этот исключительно для вида – через минуту он уже побежал забрать свое пальто, а еще через пять, они уже миновали раскрытую дверь конференц-зала, откуда доносилась какая-то попсовая мелодия и жидкие аплодисменты – видимо, Носорог как раз взбирался на трибуну.
На проходной не было не души, единственный охранник сидел у себя в отгороженной стеклянной будке и не поднял глаз от телефона даже, когда Вадик попытался испуганно пожелать ему всего лучшего в наступающем году.
– Хватит уже перед всяким говном пресмыкаться, – рявкнул Сергей, когда они вывалились под лениво засыпающие город редкие снежные хлопья и, поскальзываясь на плохо очищенном тротуаре, двинулись мимо ряда переливающихся всеми цветами радужного спектра, задрапированных различной новогодней атрибутикой, витрин, по направлению к остановке, – Вообще, надо точку уже ставить, заканчивать с этим раз и навсегда!
– А с чего это ты решил вдруг таким крутым стать, – задыхаясь, спросил Вадик, делая не слишком успешные попытки на ходу протереть постоянно запотевающие очки, – Новая жизнь с Нового года, как психологи учат?
Сергей хмыкнул, приостановился и вытащил бутылку – содержимого в ней оставалось уже не больше четверти. Отвинтил крышку, швырнул в ухмыляющуюся из-за витрины какого-то бутика, розовую, лоснящуюся харю Деда Мороза с не по-русски гламурной бороденкой – крышка со звоном отскочила от стекла, несколько прохожих обернулись, на не закрытом маской лице одного из них, появилась улыбка. Сергей ухмыльнулся в ответ, приложился к горлышку. Виски приятно обожгло гортань и пошло сейчас несравнимо легче, чем в офисе – будто он не пил его, а вдыхал. Неужели он действительно столько лет сознательно пренебрегал таким отличным антидепрессантом и убеждал себя в отвращении к выпивке?!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу