наган оборвет бесконечное горе,
Обозначив конечную точку на долгом пути.
Уносили нас кони в сотый раз от погони,
Но от совести пытки едва ль кто-то спасет…
И под градом свинца цвет Отечества тонет,
В Черном море чернеет, уходя, пароход
ПОСЛЕДНИЙ РАССВЕТ
А багряный листок, чуть дыша, ухватился за шпору.
Дорогущий ковер щедро клен распластал
возле ног.
Мне ему не помочь – самому умирать уже вскоре…
Если б мог изменить, ну, хоть что-нибудь!
Если бы мог…
Ждет нас сабельный бой, штыковой ли… Не знаю!
Впрочем, разницы нет, как погибель найти…
Нас пока тишина, полумрак окружают.
И я даже поверил, что войны нет! Почти.
Тишину нарушают лишь лошади всхрапом,
Да далеко в степи тараторит «Максим».
Пробудившийся дождик под утро закрапал…
И казачьи разъезды пробудились за ним.
Взвыла в голос труба, тишину оглушая!
Над станицей встает хмурым дядькой рассвет.
В заалевший восток устремляю взгляд, еле дыша, я,
И невольно сжимаю холодной рукой пистолет.
Прогремело «Ура!» И, клинками мелькая,
С диким гиканьем лава заслонила собой горизонт.
Значит, сабельный бой… и судьба видно наша
такая, —
Здесь костьми в землю лечь, заслонив собой
рухнувший фронт.
Эх, была – не была… На коня черным чертом
взлетел я.
Следом весь эскадрон устремился навстречу врагу.
Багровея, листва стала нам на рассвете постелью.
И ее оживить, видит Бог, я уже не смогу
ПОСЛЕДНЯЯ КАПЛЯ
«Я уверен, что кончится эта война,
И ничто нас с тобою уже не разлУчит.
Помолись за меня перед боем, жена…»
Не успел дописать: «Будет все так, как будет!»
Был рубакой лихим рассечен до седла,
Похоронен казачками ближней станицы.
И последнею каплею крови стекла
Эта строчка стихов вдоль последней страницы
Той тетрадки, что бережно в ташке хранил
Там где фото любимой, посланья из дома…
Невеселые думы сотник в ней хоронил,
Прорываясь на Дон по заданью ревкома.
Для жены ту тетрадку друзья сберегли
Вместе с фото и ташкою, кровью залитой…
Жаль, что другу помочь в том бою не смогли,
Прикрывая отход эскадронов разбитых.
«Я уверен, что кончится эта война,
И ничто нас с тобою уже не разлУчит…»
В том бою отдан долг был России сполна!
Но над ней собирались уже новые тучи
СЕМНАДЦАТЫЙ
– Да, вернусь я, вернусь, ведь не раз обещал!
И, заметь, каждый раз возвращался…
Заходящего солнца овал освещал
Как хорунжий с невестой прощался.
– Только сырость не надо мне здесь разводить,
Нынче