жена в лоне. Все смены настроения, все желания в еде. А желать я могла всё что угодно, хоть хлеба, так как в рационе у нас только сырое мясо да рыба. Один раз зашвырнула ему в лицо мясо, крича:
– Сам жри его сырым! Я хочу жареную свинину с лучком, с картошечкой, да под парное молоко!
Заливалась горькими слезами, а через пять минут хохотала, вспоминаю случай из жизни. Лучезар ощутил наплыв страстей беременной женщины и даже поначалу был немножко напуган. Но он совладал с этим быстро и уже не обращал внимания на мои выходки, не вступал со мной в дебаты, а только говорил:
– Хорошо милая, хочешь грушу? Будет тебе груша. Будет, но через часочек.
– Правда? – удивлялась я. – А где ты возьмёшь её?
– Это уже не твоя проблема, а моя.
Через час я забывала, что хотела и требовала уже другое. В момент моего просветления мы лежали и представляли, как будет выглядеть наш ребёнок.
– Уже в пятьдесят семь лет знал, как назову своих детей. Если будет девочка, то Светара, а сына Даросветом назовем.
– А что значит имя дочери?
– Светара – свет земли. Она у нас будет самая красивая. У неё белые длинные вьющиеся волосы. Такие же небесные глаза, как у нас. Твой милый носик. Так и быть ушки будут моими. Я Светару буду учить, как и сына, всему, всему. Чтобы она могла защитить себя в любой ситуации, выжить, куда бы ни забросила её судьба. Дочка будет сильной, такой же, как Даросвет. – "Боже мой, детей ещё нет, а он уже их учит знаниям. Далеко я зашла со своей местью. Хоть действительно рожает. " – Наш ребёнок будет сильным и особенным, никто не рожал на краю света.
– Лучезар мне это и настораживает. Я боюсь здесь находиться, а тем более рожать. Мне ночами снится, что бездна забирает нашего сына. Каждый день молю Бога, чтобы Светогор снова проезжал по мосту и забрал нас отсюда. Мой страх с каждым днём всё усиливается, и становится навязчивым.
– Почему молчишь? – насторожился Лучезар. – Я бы дал тебе Светоч и твои мысли, и страхи улетучились.
– Ты что! – возмутилась я. – Нельзя, попусту тратить Светоч! Его надо беречь!
– Милая, ты не переживай его хватит, – успокаивал он.
– Я и этого боюсь. Вспомни мою беременность в последний месяц. Я не вытерплю без Светоча! А как рожать без прибора? Я сильно боюсь будущего здесь! Боюсь рожать; боюсь, что не хватит Светоча; боюсь, что бездна заберёт моё дитя. От ужаса я скоро поседею! – вся трясясь, я прижалась к Лучезару и ревела от души. Мой милый задумался над моими словами, но домой, судя по всему, не собирался. Не уж-то и вправду мы застряли здесь навсегда!
Подходил к концу третий месяц моей так называемый беременность. Пора было закругляться с инсценировкой, но видя Лучезара таким счастливым, всё оттягивала и оттягивала развязку. Решила попробовать сначала подтолкнуть его к действию, чтобы уйти отсюда. Лучезар готовил еду к обеду, а я лежала на шкурах, ожидая трапезы. Он отошел за палатку, где хранилась вся наша еда, я тут же достала приготовленный острый камень и сделала надрез на безымянном пальце, брызнула кровь. Я давай её размазывать