Необычная жизнь обычного человека. Мужская сторона отношений, любви, дружбы, семьи
Познакомился я со многими. Но больше всего общался с двумя израильтянками – Даниэль и Николь. Мы временами и по сей день общаемся. Я познакомил с ними Юру, и мы начали вместе с ними тусить. Ездили в клубы. Кстати, в клубы там обычно без ограничений пускают. Если тебе есть 21, то тебе вешают ленточку на руку и ставят печать, и ты можешь проходить туда, где наливают алкоголь. Там я, собственно, и был. Танцы в клубах там не такие, как у нас. Танец складывается вот как. Чувак стоит и движением вперед-назад долбит телку, а телка в свою очередь трется об хуй своей жопой и мандой. Так и складывались все танцы. Ты просто подходишь к телке и говоришь: «Танцуем?» И пошло-поехало долбилово. Долбиться в клубе – в смысле трахаться – это, в принципе, почти нормальная вещь. И все это при полнейшем объебосе марихуаны, экстази и др. Наркотических средств я, кроме травы, никогда не употреблял. Я же, пользуясь паспортом брата, был набуханный водкой. Иногда, конечно, и под травкой был. Вся Америка пропитана развратом и наркотой, пидорасами и лесбиянками. Я брал у брата паспорт и ездил в клуб. Иногда мы с ним вместе ездили. Сначала проходил он по своему ID. А потом я с его паспортом. Мы сидели там и бухали, а афганцы и Юра нам молча завидовали. С Николь и Даниэль мы с Юркой начали ездить везде.
Ездили в Обсерваторию, в Голливуд, парки какие-то, рестораны. В кальянные. В одной кальянной я познакомился с владельцем. Он был иранцем, и мы с ним быстро нашли общий язык. Он всегда приглашал меня на кухню, чтобы показать, как делать настоящий кофе. Я – кофейный фанатик. И вот он каждый раз при мне лично делал кофе. Варил его на песке на специальной штуке какой-то. «Only for u my dear friend», – постоянно говорил он мне. И мы частенько начали проводить у него время. Брали по одному или два кальяна и тусили с Юрой. Он нам накрывал поляну. По-персидски, как положено. И мы сидели, отдыхали.
Однажды мы сидели с одним колумбийцем из нашей школы. И он предложил нам поехать покурить травки. Мы согласились. А я еще и пива напился… Мало того, что я бухой, я еще и траву поехал курить. Поехали мы на Woodland Hills. Там засели где-то в горах и начали курить. И тут меня накрыло. Мне казалось, что везде копы. Все! Мне хана. Мне слышатся сирены полицейских. Мне кажутся маячки полицейские. Я к этому колумбийцу – мол, все, нам хана, братан, посадят. Он ржет надо мной. Время было около 6-ти утра. Меня никак не отпускает. Юра в таком же состоянии сел за руль и повез меня домой. Мне надо было на работу. Я быстро переоделся кое-как и пошел на работу – такой же обдолбанный и бухой.
Менеджера, с которым я работал, звали Мисаэль. Приятель мой, можно сказать. Он был мексиканец. И он пытался мне внушить любовь к Мексике, к мексиканской еде и культуре. Он возил меня по Мексиканским ресторанам. Говорил, что вкусно, что остро. Что, как и с чем есть. Какие-то мексиканские традиции. У него получилось привить мне любовь к мексиканской кухне. Я и по сей день ее обожаю. Ну, значит, я прихожу на работу. Обдолбанный и бухой. И он мне: «Артур,