снесло, – констатировала подруга.
– Ну, спасибо, – засмеялась я, – Успокоила.
Тут пришла староста Даша и объявила, что мы все обязаны 9 мая участвовать на параде от нашего ВУЗа.
– У нас у всех будут флаги и белые куртки с кепками. Всё это казенное имущество необходимо будет вернуть в тот же день в АХЧ.
– Алхимычу что ли? – ввернул Руся, и все захохотали.
– В административно-хозяйственную часть! Ти-ши-на! Сбор в 9 утра, выход в 11. И чтоб без опозданий и прогулов. Будут отмечать!
***
Пашка сидел на полу, облокотившись на край моего дивана. Вокруг в некотором беспорядке лежали атласы и конспекты, а я лежала на животе и имела удовольствие смотреть на парня влюбленным взглядом снизу вверх.
Он бросил на меня игривый, но понимающий взгляд и с серьезным видом произнес:
– Учи давай, халтурщица. Давай следующий вопрос. Топография передней брюшной стенки живота.
– Ну вот! – я обиженно поджала губы.
– Тяжело в учении – легко в бою.
– Я никогда, – заныла я, – Никогда это не выучу.
– Да брось. Зато потом на экзамене будет легко.
Внимательно у меня не получалось. Когда Пашки не было, все мои мысли были о нем. Когда он был рядом, все мои мысли были о…
– Вот смотри. На передней брюшной стенке есть 5 пар мышц. Какие?
– Прямые, пирамидальные, косые…
– Ты подсматриваешь, – Пашка сделал вид, что сердито сдвигает брови.
– Я хочу на ручки.
– Делу – время. Давай я буду называть мышцу, а ты будешь всесторонне ее характеризовать…Наружная косая мышца?
– Это вот эта? – спросила я, тыкая его пальцем в бок. Он дернулся от щекотки, и мягко перехватил мою ладонь.
– Ну вот, а говоришь, что не выучить.
– Пашка…А почему в тот вечер на студвесне ты подошёл ко мне? – допытывалась я.
– Ты мне нравилась.
– А почему не подошел раньше?
– Ждал подходящего момента, – задумчиво ответил Пашка. Он протянул руку к моим волосам, провел пальцами по моему лицу, и его глаза стали совсем темными.
– Ты говорил, что заехал к другу.
– Я заехал к тебе. Ты и была этим другом.
– Правда?
– Да. Иди ко мне.
Я послушно подскочила с пола, залезла к нему на колени, уткнувшись носом в его мужественную шею, словно маленькая девочка. Он обнял меня за талию, и какое-то время мы так сидели молча, словно единое целое. Потом я вдохнула аромат его кожи и мягко поцеловала его чуть повыше ключицы.
– Ну вот что ты со мной делаешь, – прошептал он.
– Что?
– Почему это так… мило.
– Это всё ради того, чтобы не учить анатомию, – хитро заявила я.
– Так я и думал.
…В тот день к анатомии мы больше не возвращались.
***
По выходным Пашка обычно был занят делами, в основном готовился к своим экзаменам, или занимался своей машиной, и для меня это было настоящей мукой одиночества.
Я