ночи, все вместе плакали, уложили Сауину в кровать, постелили себе рядом и тоже улеглись.
Мать была в соседней комнате. Кажется, с ней был Ален. Приводил ее в чувство, поил лекарствами. Два раза вызывали скорую.
Ночью тетки рядом с Сауиной уснули, кто-то из них храпел. Она лежала в темноте с открытыми глазами. Как можно спать, когда она где-то там, в казенном холодном здании, одна среди чужих?.. Снова дурацкие мысли лезли в голову. Она на столе или на полу?.. Сауина плохо представляла, как устроены эти страшные помещения. В американских фильмах показывают отдельные выдвижные ящики, а у нас?.. И, кажется, их сразу раздевают, прежде чем укладывать туда… Болезненные, неприятные, навязчивые мысли шли и шли нескончаемым потоком.
«Можно я усну и проснусь завтра и это окажется сон?», – вдруг оборвала она себя посреди этого безумия.
«Моя бедная девочка», – произнес кто-то в ее голове. С ней такое бывало часто – снова кто-то разговаривал с ней с помощью мыслей, телепатически.
Сауина повернула голову вбок, к окну. На фоне светлого проема окна, не задёрнутого шторами, был чей-то силуэт. Черная мужская фигура, напоминавшая отца. Да, это был папа. Он стоял лицом к ней, но лица, как и всей передней части фигуры видно не было, свет полной луны падал ему в спину.
Тетки обе храпели, негромко, но так, что было понятно – спят крепко. Мозг Сауины, одурманенный изрядной дозой успокоительного вдруг зачудил, и она так же, мысленно обратилась к силуэту: «Папа, ты вернулся?».
«Нет, родная».
«Мне так тебя не хватает», – сказала Сауина и беззвучно заплакала.
Была пауза, но Сауина чувствовала, что отец жалеет ее, как родной любящий человек. Эмоции между ними нельзя было выразить словами, они разрывали сердце.
«Вы все оставили меня», – мысленно произнесла она с обидой и заплакала еще горше. Одна из теток заворочалась. Сауина замерла, быстро утерла ладонью глаза и перевела взгляд на родственницу, лежавшую рядом с ее кроватью на матрасе. Тетка затихла, потом вновь мерно засопела.
Когда через пару секунд Сауина опять обернулась к окну, там никого уже не было.
Впечатленная появлением отца, она принялась вспоминать всех родственников, кто когда-либо к ней являлся хотя бы раз. Дедушка, бабушка, тетя – молодая сестренка отца, умершая от гриппа, какая-то очень пожилая женщина в старинном одеянии, о которой она никогда не слышала в семье. Она тоже была ее бабкой – древней-предревней, много старше, чем прапрабабка.
Чаще всего они являлись во снах, но нередко и наяву. Это началось, когда Сауина была еще совсем маленькой, до рождения Адины.
Одна бабушка с гладкими черными волосами, слегка выглядывавшими из-под неизменного белого платка на голове, одно время приходила к ней почти каждый день. Садилась на кровать в ее комнате и присматривала за девочкой. Сауина играла, рисовала, иногда шла к окну, чтобы залезть на подоконник и выглянуть во двор с десятого этажа – там же было интересно. Но это ей никогда не удавалось. Та бабушка тоже подходила к окну