кровью лица профессора, до сих пор стоящую перед глазами?
Виктория, даже обладай она невероятными свойствами, о которых сегодня рассказывал Романов, вряд ли теперь смогла бы покрасоваться в шикарном наряде, или, к примеру, взять в руки страшное орудие убийства. Мало того, что середину ее лба «украшало» пулевое отверстие («Снайперская винтовка Драгунова, – догадалась Оксана, – Бэйла исполнила свою клятву»), которое на невидимом сейчас затылке наверняка превратилось в нечто ужасное; еще и шея блондинки была свернута набок под таким углом, что не каждому мужчине удалось бы такое.
– Так вот почему Марио стоит с таким потерянным видом! А босс-то его чему радуется?
Джентале словно услышал ее – он широко перекрестился и сказал, на английском языке, знание которого раньше тщательно скрывал:
– Ну наконец-то всевышний призвал к себе эту дьявольскую душу!
– А что же вы раньше ее терпели? – Кудрявцев наверное не поверил ему, уж больно слаженно, в унисон пели раньше эти две итальянские «птички». Хотя, конечно Виктория на итальянку никак не походила, – давно бы приказал Марио, или сам…
Командир сделал жест руками, словно ломал толстую палку, и Гольдберг показалось, что отчетливо слышит хруст позвонков. А итальянец и сам сделал удивленное лицо – если только не притворялся, конечно:
– Сам не понимаю, – развел он руками, – сколько раз пытался, но что-то словно останавливало, и язык немел – слова против нее не мог произнести.
– Ага, – догадалась израильтянка, – вот так эти самые способности и проявились.
– А откуда Виктория к вам прибыла, – опять спросил Кудрявцев, – не спрашивал?
– Спрашивал, – кивнул Паоло, – из Латвии. Так-то она чистокровная итальянка, но родители всю жизнь в Прибалтике проработали… Вот бы и оставалась там, фетишистка проклятая!
– Фетишистка? – поднял бровь Александр.
– Ну да, – опять кивнул итальянский босс, – у нее таких вещичек (он пнул ногой молоток) полная сумка – какой-то сумасшедший набор. Ну зачем женщине белые колготки, если она их никогда не одевает?
Он повернулся к Кудрявцеву, словно тот мог ответить на этот сугубо женский вопрос. И командир, вдруг помрачневший, кивнул – что-то он про эти колготки знал; Оксана сделала ревнивую зарубку на память – надо обязательно поинтересоваться.
Джентале наконец повернулся к телохранителю и зачастил скороговоркой итальянских слов. Профессора рядом не было, но девушка и так поняла, что босс дает распоряжения насчет Виктории. Парень, не говоря ни слова, наклонился и подхватил тело на руки – легко и непринужденно; с лица его уже исчезло виноватое выражение, но сожаление или скорбь не проступили. Видно ему соотечественница внушала тоже не самые приятные чувства.
– Ты бы велел ее хоть как-то прикопать, чтобы звери не набежали, – подсказал ему полковник, – да и кардинала тоже.
– Так