подругу, а ребята собирали снедь для пикника и ходили в сельмаг за вином, Олег подробно инструктировал друга, что и как надо делать с женщиной. Помнится, год назад старший брат вот так же детально наставлял его самого. И Олег тогда не сплоховал. Его первая девчонка даже не догадалась, что она у него – первая. Он был с ней таким взрослым!
И только потом, когда ворвался к брату и выпалил, задыхаясь от восторга: «Представляешь, я там сейчас Ленку!..» – осекся, наткнувшись на снисходительную улыбку, и почувствовал себя совсем мальчишкой. «Ладно-ладно, молодец! – приободрил тогда его брат. – Поздравляю».
В сельмаг в тот день завезли портвейн «777». Это был последний завоз, о чем пока еще никто не знал, даже продавщица. Дело в том, что как раз с начала следующей недели до этой тихой деревеньки докатится разворачивающаяся по всей стране знаменитая горбачевская антиалкогольная компания. Постановления о борьбе с пьянством были уже приняты месяц назад, но, конечно, никто не ожидал, что за их выполнение власть возьмется с таким азартом.
Сухой закон в нашей стране до этого уже однажды вводился. Это сделал последний русский царь Николай во время Первой мировой войны. В результате: самодержца невзлюбили, правительство обанкротилось, и, как следствие, случилась Великая октябрьская социалистическая революция. Хотя, конечно, в учебниках ее причины излагались несколько иначе.
В СССР в начале восьмидесятых годов ситуация с пьянством стала критической. Годовое потребление спирта на душу населения, которое ни в Российской Империи, ни в эпоху Сталина никогда не превышало пяти литров, зашкалило за десять, а с учетом самогоноварения цифру можно было увеличивать еще раза в полтора. Это означало: на каждого взрослого пьющего мужчину – примерно сто бутылок водки в год. Ну, то есть, без просыха.
На этот раз за отрезвление страны государственная машина возьмется с невиданным размахом. На выполнение задачи будут мобилизованы не только производители спиртного и предприятия торговли, но и милиция, прокуратура, профсоюзы, вся система образования и здравоохранения, все общественные организации и даже творческие союзы писателей и композиторов.
Государство впервые пойдет на снижение доходов от продажи спиртного, которые до этого были едва ли не основой бюджета, принося в него около четверти всех поступлений.
Станут пропагандироваться безалкогольные свадьбы, где народ за столом будет недоуменно таращиться на соки и газировку. Под такую «выпивку» и закуска в горло не полезет, и музыка в пляс не позовет. Даже «Горько!» будет кричаться вяло и недружно, без вдохновения.
Кончится все полным извращением здравой идеи: вырезанием эпизодов из любимых фильмов, порубками уникальных виноградников, появлением повсюду левых перегонных заводов, сверхдоходами водочной мафии, ростом коррупции, массовыми отравлениями ядовитым алкоголем, недовольством населения и, в итоге, революцией. Только на этот раз в обратную