именно?
– Лязг.
– Нет, я ничего не слышу, – пожала плечами Харриет. Пожилой покупатель тем временем выбрал часы и собирался расплачиваться. – Замечательный выбор. С вас сорок семь евро.
– Сколько? – переспросил мужчина.
– Сорок семь евро, – повторила Харриет.
– Сколько-сколько?
– СОРОК СЕМЬ!!!
Фанни была уверена, что сейчас звук исходит от входной двери, и направилась туда, уже с меньшей решимостью, однако не готовая сдаваться. Тут её взгляд упал на деревянный ящик со старыми открытками, и она так и замерла.
– Поверить не могу.
– ДО СВИДАНИЯ! ВСЕГО ДОБРОГО! – провожала Харриет глуховатого покупателя.
– Харриет, посмотри-ка на это, – Фанни показала на ящик. Открытки, которые она на днях тщательно сортировала по странам происхождения, теперь снова были все перемешаны, а некоторые были смяты и порваны.
– Как же это? – расстроенно выдавила Фанни.
– Это, наверное, Алли постарался, – смущённо улыбнулась Харриет. – С духами-мятежниками так бывает. Они любят вот так шутить.
Фанни не поверила своим ушам.
– Шутить? – ошеломлённо повторила она. – Ничего себе шутки! Нельзя же переворачивать всё с ног на голову, просто потому что он… он… – она не придумала, как закончить фразу, и только бессильно всплеснула руками.
– …дух-мятежник, – закончила за неё Харриет и задумалась. – Пожалуй, ты права. Наверное, я его чересчур защищаю, потому что он всё-таки часть моей семьи.
Харриет пообещала, что обязательно поговорит с мальчиком-призраком о его проказах. Только не сегодня, потому что уже договорилась сходить в оперу с миссис Картер, дом которой стоял как раз напротив их магазина.
– Полагаю, это затянется надолго, – со вздохом сожаления проговорила Харриет. – Последний раз мы с ней ходили на «Ромео и Джульетту». Там один только заключительный акт больше часа длился. Я уж думала, они никогда не умрут!
– Зачем тогда идёшь, если тебе не нравится опера? – удивилась Фанни.
– У нас там просто общий абонемент, – объяснила Харриет. – Да и неудобно как-то получится, не хочу её подводить.
Незадолго до полуночи – Харриет действительно всё не возвращалась из оперы – Фанни одна спустилась в магазин. Уж она сегодня всё выскажет Аластеру! Будь он хоть графом всего Лондона, но такое поведение неприемлемо. Нет, она ему всё выскажет! К тому же, Джим её в этом только поддержал бы.
Фанни зажгла лампочку на прилавке и села ждать в полумраке. Ровно в двенадцать появился Джим. Он сидел на бархатном диване. По крайней мере, так это видела Фанни. На днях за шахматной партией Джим объяснил ей, что на самом деле призраки не могли сидеть на человеческой мебели. Они просто материализовались там по привычке.
Через пару мгновений объявился из своего сундучка Аластер. Он с вызовом посмотрел на Фанни, будто знал, что она собиралась его отчитывать.
– Это совсем не смешно! – строго сказала она. – Я тут, значит, старалась, приводила магазин