ица были полны презрения. Они уже вынесли свой вердикт, но ждали решения Матроны.
– Ты нарушил главный закон нашей семьи, – продолжила Морриган. – Ты не имел права убивать…
– Я не мог позволить этому мерзавцу забрать Элену! – резко перебил её Джек.
Зал наполнился возмущёнными шёпотами.
Элена… Его младшая сестра, самая светлая душа в их проклятом роду. И кто-то из семьи решил продать её в угоду своим амбициям. Джек узнал об этом случайно, подслушав разговор старшего дяди с каким-то влиятельным вампиром из другого клана. Элена должна была стать частью чужого рода в обмен на власть и земли.
Но Джек не смог этого допустить. Он устроил засаду на встрече, выследил того, кто должен был забрать Элену, и безжалостно разорвал его на части. Его руки были в крови, его дыхание – тяжелым и прерывистым. Это была месть, справедливость, но его семья увидела в этом нарушение их законов.
– Ты пролил кровь союзника! – прорычал кто-то из родственников.
– Он был чудовищем! – Джек развернулся к ним. – Он смотрел на Элену, как на вещь!
– Это не оправдание, – холодно заметила Морриган. – Ты поступил, как дикарь. Как зверь, а не как наследник рода Нокс.
– Значит, быть наследником – значит жертвовать своими?
– Быть наследником – значит следовать законам. А ты поставил себя выше нас всех.
Тишина в зале стала удушающей. Джек понял, что он проиграл. Их не интересовала правда, им была важна лишь политика.
– Какое наказание вы выбрали для меня? – голос его был твёрд.
Морриган встала со своего трона.
– Изгнание.
В этот момент у Джека потемнело в глазах.
Изгнание.
Хуже смерти.
– Я приговариваю тебя к вечному одиночеству среди смертных. Без семьи. Без крови рода Нокс. Ты будешь проклят, пока не поймёшь цену законам, что ты нарушил.
Её глаза вспыхнули алым светом. Она что-то прошептала, и в следующий миг вокруг Джека закружился ветер, темнота накрыла его подобно волне, а боль, словно тысячи игл, пронзила его тело.
Он закричал… и исчез.
Сознание возвращалось к нему медленно. Веки были тяжелыми, а тело словно налилось свинцом. Джек вдохнул глубоко, и его нос наполнился запахом сырой земли, хвои и чего-то ещё – чего-то незнакомого.
Он открыл глаза.
Перед ним простирался густой лес. Высокие деревья закрывали небо, их кроны раскачивались под слабым ветерком. Он почувствовал под ладонями мягкую траву, а рядом журчал небольшой ручей.
Джек сел, схватившись за голову. Она раскалывалась от боли, а внутри была пустота… нет, что-то ещё. Ощущение… слабости?
Его сердце сжалось.
Он не чувствовал энергии своего рода.
Он больше не был частью мира ночных.
– Чёрт… – выдохнул он.
Теперь он был один. Вампир среди людей.
Джек сидел на холодной земле, прислонившись спиной к могучему стволу дерева. Он пытался собраться с мыслями, но в голове творился хаос. Всё, что произошло… Словно один большой кошмар.
Он помнил, как стоял перед Матроной, помнил гнев своих родственников, помнил, как его тело окутало проклятие. И теперь он здесь, в этом незнакомом мире, без семьи, без своей силы, без того, что делало его частью рода Нокс.
Но что-то было не так.
Он чувствовал это внутри.
Сначала это было лёгкое покалывание в груди, будто искры плясали под кожей, но потом… оно начало разгораться. Огонь. Голод. Жажда.
Он резко втянул воздух, но запахи леса больше не казались ему просто запахами. Они говорили с ним. Трава пахла прохладой, древесина – старостью, земля – сыростью, но больше всего он чувствовал кровь.
Где-то рядом что-то жило.
Дыхание сбилось. Сердце бешено забилось в груди, хотя сердце вампира и не должно работать, не так ли? Но что-то в нём изменилось. Он больше не был прежним.
Глаза начали жечь, как будто их заливали кипящей водой. Мир перед ним начал искажаться – цвета становились глубже, линии резче. Всё вокруг окрасилось в красные и чёрные оттенки.
Он моргнул.
А потом увидел её.
Маленькая белка копошилась в траве, её крошечные лапки перебирали сухие листья в поисках орехов. Джек видел каждую прожилку на её шкурке, слышал бешеный ритм её крошечного сердца, чувствовал, как кровь бежит по её венам…
Кровь.
Она звала его.
Его рука дёрнулась сама собой.
Он не думал.
Он не контролировал себя.
Его тело двигалось по инстинкту, по жажде, по проклятию.
В одно мгновение Джек метнулся вперёд, разрывая пространство между ним и своей жертвой. Белка даже не успела понять, что произошло. Его пальцы стиснули её хрупкое тельце, когти прокололи мех и плоть,