он закинул даму на плечо, подхватил слетевшую шляпу и, мощно разгребая ногами воду, понес ее к кустам. Люди смущенно, в который раз начали рассматривать красоты алых дворцов за рекой, а животные, наоборот, впялили в варяга вертикальные немигающие зрачки. От недобрых взглядов козлов Глеб немного стушевался. Его жена начала гулко бить кулаками в широкую спину. Варяг в сердцах швырнул на берег шляпу, сбросил в воду строптивую партнершу и посмотрел на высокое Солнце.
– В город пора, – вдруг громко заявил он и таким же решительным шагом, будоража речную гладь, пошел к лодке.
Обогнув на веслах узкий остров, Михаил с Глебом и племянником попали в другую протоку. На восточном берегу реки тоже был город со стенами и башнями. Это был город купцов, разделенный в середине каналом. Несмотря на жаркий полдень, по каналу заходили и выходили в город торговые ладьи. Племянник мастерски вырулил к набережной между причалами, а Глеб с хрустом вытащил лодку на песок. Оба решительно прошли мимо толпы липких лоточников к башне с распахнутыми воротами. Глеб зыркнул тяжелым грозным взглядом на придремавшего стражника. Чувствовалось, что кровь еще играла в неспокойном огромном организме. Стражник толи узнал его, толи предпочел не связываться и молча пропустил всю троицу в город.
За воротами была небольшая торговая площадь. На ней обитали торговцы мастью по круче. Они не гонялись за редкими покупателями, а терпеливо обмахивались расписными бамбуковыми веерами. Пройдя площадь практически на прямую и чудом не задев хлипкие прилавки, Глеб провел Михаила между двумя харчевнями сквозь умопомрачительно вкусное облако дыма с ароматами специй.
– А улица здесь широкая! – удивился Михаил, принюхиваясь к запахам харчевни.
– Главная, – пояснил варяг.
Не доходя буквально пару домов до синагоги, перекрывшей почти половину улицы, он резко постучался в крепкую решетчатую дверь. Пожилой охранник впустил двух взрослых мужей, а у малолетнего юноши принял крынку молока, вручил ему же небольшой мешок и дал отрывистые указания. Племянник кивнул и запрыгал босиком по горячей брусчатке назад. Михаил рассматривал веранду, в которой оказался. В дальнем углу вокруг крепкого стола были установлены скамейки. Над ними, под потолком узкая щель вместо окна. Основной свет проникал сквозь железную решетчатую входную дверь.
– Дорогая, как городские ворота. – Глеб погладил кованую решетку.
Переговорив с охранником, он уселся на самую широкую скамью и с гнусной улыбкой указал на внутреннюю дверь по середине веранды.
– Тебя ждут.
Охранник впустил Михаила в прохладный дом и запер за ним дверь. Полная темнота вдруг окутала гостя. Михаил стоял неподвижно, ожидая, что откроется окно или он просто привыкнет к сумраку. Темень не расползлась по углам, и свечу никто не торопился зажечь, но в комнате кто-то был. Михаил вспомнил чертовскую улыбку варяга и насторожился, приняв более устойчивую позу. Костюм успокаивающе шелестел, но света не давал. «Правильно, – одобрил его действие