понимал, какие возможные опасности поджидают его на этой дороге, и был готов встретить их с высоко поднятой головой: «Не страшась кровопролитной битвы, / мы пойдём, как буря, напролом. / Пусть кому-то быть из нас убитым, / никому не быть из нас рабом!»
Поэзия Мусы Джалиля – это не просто образец служения Родине своим поэтическим словом, но поистине пример жизни великого ОДНОЛЮБА, беззаветно любившего свою страну и её народ и считавшего, что настоящий человек силён «не автоматом» и «не конём», а исключительно «клятвою своей народу».
Он своей клятвы не переступил и не нарушил, оставшись верным народу до самого своего смертного часа. Более того, читая такие его стихи, как «Прости, Родина!», нельзя не содрогнуться от мысли, что он ещё и допускает возможность того, что кто-то посчитает его в чём-то перед ней виноватым: «Прости меня, твоего рядового, / самую малую часть твою… / Кто посмеет сказать, что я тебя предал? / Кто хоть в чём-нибудь бросит упрёк?.. / Последняя капля крови капнет – / на клятве моей не будет пятна».
Думаю, что поэт напрасно боялся каких бы то ни было обвинений – его жизнь прожита так, что никто не посмеет укорить его даже и в мысленной слабости, ибо каждый его шаг и каждый помысел до самого последнего мгновения жизни задокументирован в его «Моабитской тетради». Скорее уж, это он имеет право упрекнуть нас в предательстве той Родины, которую он называл своей, так как это мы предали и порушили всё то, за что он боролся своим словом и делом, и за что, в конце концов, сложил голову во вражеском застенке. Так что это нам сегодня надо говорить: «Прости нас, Муса», – и учиться у него верности однажды принятым в свою душу идеалам.
«Я креп в борьбе с бесправием и мглою, / мечтал до высей солнечных дойти. / Но вдруг, сражённый вражеской стрелою, / упал в пути. // Вошла стрела под сердце… Нараспашку / открыта мне неведомая новь. / Течёт на белоснежную рубашку / моя ещё бунтующая кровь. // Пусть я умру… Но вы, кто по соседству / окажетесь в иные времена, / взгляните на рубашку – кровью сердца / в тревожный цвет окрашена она. // И, хоть друзьям смотреть на это тяжко, / на тал её повесьте… В тишине – / пусть видит мир её. Пусть та рубашка / всегда напоминает обо мне», – писал он в 1922 году, ещё не подозревая (или же – зная свою судьбу уже ТОГДА?) об уготованной ему в грядущем трагической участи. Сегодня, когда исполняется ровно 100 лет со дня рождения поэта, в очередной раз возвращающиеся к читателю стихи из «Моабитской тетради», точно залитая кровью рубашка, напоминают нам его о короткой и пламенной жизни, отданной за свободу и счастье простого народа.
К сожалению, мы не сберегли тех завоеваний, за которые поэт без колебаний отдал свою молодую жизнь, мы позволили нашим идейным противникам развернуть корабль советского государства и повести его совершенно другим путём, снова дав разделить наше общество на богачей и бедняков, батраков и баев (думаю, об этом нельзя умолчать, говоря о насквозь революционной и пронизанной идеями социализма поэзии Мусы Джалиля!) – и