впечатление от пребывания в этом месте. Общая атмосфера и обстановка подавляла и нивелировала позитивные результаты проходящих терапию женщин. Вскоре мы пришили к выводу: нуждающихся в психотерапевтической помощи направлять на полноценный курс к нам в больницу в реабилитационное отделение. На этом и завершилось наше пробное сотрудничество.
Но среди всех этих людей я помню одну женщину, которая полностью оправдала все мои сомнения и негативные ощущения от работы в таких условиях. Для нее встреча с психотерапевтом стала судьбоносной. Это была 47-летняя женщина, проректор одного из институтов. Красивая и умная, но чрезвычайно измученная, больная и беспомощная. На мое предложение присесть она ответила, что сидеть не может. У нее была третья Б стадия рака молочной железы. Чтобы не провоцировать рецидив, таким женщинам одновременно удаляли молочную железу и яичники. Все ее тело было покрыто какими-то высыпаниями и намазано зеленкой. Из ворота халата виднелся шов, проходящий через грудную клетку, тоже в зеленке и пластырях. Впечатление было очень жалкое и тягостное. На фоне этих физических немощей она не могла даже сформулировать отчетливо свою проблему, когда я спросила на что она может пожаловаться психотерапевту. Ее беда началась с конфликта с мужем, он практически ушел из семьи. Она чрезвычайно горевала, никак не могла его отпустить. И вот это ее состояние препятствовало терапии. Оно никак не помогало сконцентрироваться на желании выздороветь. Я предложила ей вылечить все текущие физические недуги, и после выписки прийти ко мне на лечение. Речь шла о серьезной психотерапии.
Три недели спустя она пришла, села напротив меня и непрерывно в течение трех часов рассказывала о своей беде. Она вышла замуж в молодости по большой любви. Он был военным. Долгие годы эти отношения носили нежно-романтический характер. Пациентка принесла громадную стопку писем и открыток. Как только он уезжал в командировку, дня не проходило без весточки. Жизнь шла своим чередом. Она занималась любимым делом, поднимаясь по карьерной лестнице. Он закончил службу и вышел на военную пенсию. Продолжал работать на высокой государственной должности.
Неожиданно в дом пришла беда. Муж познакомился с женщиной, фармацевтом. Она пристрастила его к наркотикам. И если на работе потребление наркотиков не сказалось, то в семье появилась холодность и отчужденность. Жена почувствовала эту ситуацию. Она позвонила мужу разлучницы. Однако он отверг все обвинения и предложил разбираться со своим мужем, потому что его жена не может быть неверной.
Рассказав эти подробности, она терпеливо ждала моего ответа. И я сказала те вещи, которые психотерапевт говорить не должен, но обстоятельства вынуждали сделать это.
– Вы должны немедленно расстаться со своим мужем. Разменять квартиру, решить все юридические вопросы, разъехаться, выбросить его из своей жизни. И поставить целью сейчас на текущий момент свое собственное выздоровление.
Она стала возражать:
– Вы даже не представляете, какой он чудесный! Ну вот прочтите, прочтите хоть любое из этих писем, любую открытку!
– Не