она взглянула на него.
– Что это?
– Чай…
Дрю с подозрением наморщила лоб.
– Это всего лишь чай, клянусь.
– Теперь ты приносишь мне чай?
Он закатил глаза.
– Если тебя это так заботит, я больше не буду.
Рейнджер задумалась, прежде чем, наконец, неохотно взять у него чашку и зажать ее между ладонями. Будучи все еще смущенной, она не поднимала на него глаза.
– Кстати, я не лазил к тебе в голову, – тихо добавил он.
– Я ни на секунду в это не поверю.
– Значит, это я тебе снился…
Он не смог сдержать улыбку.
Девушка встревоженно посмотрела на него.
– Я этого не говорила.
– Ты сказала достаточно.
Дрю поднесла руку ко рту.
– Я же не…
– Не словами, – поддразнил он. – И не волнуйся… Я, конечно, не против, чтобы я тебе снился. Это лучше, чем если бы ты пыталась убить меня во сне.
Дрю, кажется, смогла собраться с духом.
– Я просто хочу узнать, есть ли от тебя польза.
От этого движения ее рубашка слегка соскользнула, обнажив изящную татуировку, которую он заметил перед тем, как выйти из палатки. Темно-синими чернилами были выведены цветочки, развевающиеся на ветру и тянущиеся по ее лопатке. Она поспешила прикрыть их.
– А что произойдет, когда я перестану быть полезным? – спросил Талемир, переводя взгляд с ее обнаженной кожи на полные решимости глаза.
– Тогда я самолично вырежу тебе сердце.
– Понял.
Талемир отхлебнул из своей чашки, позволяя горячей жидкости согреть его. Он взглянул на нее, заметив, что она ерзает под одеялом.
– В чем дело?
Дрю встретилась с ним взглядом и, казалось, обдумывала свои слова, прежде чем наконец заговорить.
– Почему ты не рассказал Уайлдеру о… своей ситуации? Уверена, ты мог бы ему доверять больше, чем мне?
Талемир потер затылок, чувствуя, как в нем нарастает боль от напряжения.
– Если ты помнишь, я не совсем хотел доверять тебе, не так ли? – отрывисто проговорил он. – Но Уайлдер… Как я уже рассказывал, он через многое прошел. И не так давно стал Воином Меча. Он настолько сильно предан гильдии и Тизмарру, что может попытаться убить меня, едва увидев.
– Возможно, мне все-таки стоит рассказать ему о тебе.
– Иногда я согласен с тобой, – признался Талемир. – Но если бы он так поступил… Не думаю, что простил бы себя, даже зная, кто я такой.
Дрю промолчала.
– На этой радостной ноте, – сказал Талемир, направляясь к выходу, – я оставлю тебя, чтобы ты могла собраться… И конечно, предаться мечтам обо мне.
Она запустила в него своей пустой кружкой.
Генерал Эдриенн разрешила Талемиру и Уайлдеру поохотиться перед тем, как они отправятся в путь. Хотя они не подчинялись никому, кроме главы гильдии Тизмарра, Талемир всегда считал правильным уважать тех, кто командовал в месте, где они находились.