в пену. Стоит взять неправильный стакан и даже самое изысканное игристое с виноградников Амбонне будет звучать, как шампанское со вкусом проточной воды из Таргета. Знаешь, те бутылки, которые всегда со скидкой…
Неужели на этой встрече нет никого по-настоящему значимого, на кого стоит потратить время? В нормальной вселенной, он бы указал мне на сцену и дал возможность отработать заявленный гонорар.
Но он всё ещё здесь. И, кажется, совершенно не торопится отпускать меня.
Стоп… Стоп, стоп, стоп! А где сцена?
Я быстро оглядываюсь по сторонам, но вижу только роскошь, огни, сверкающие платья и дорогие костюмы. Люди смеются, беседуют, потягивают коктейли, нигде даже намёка на оборудование для выступления. Никаких микрофонов, колонок, хотя бы маленького уголка с пианино в стиле «джаз в лобби отеля».
– Харви, а где будут выступать музыканты? – я неловко вклиниваюсь в его монолог, и он моргает, его широкая улыбка меркнет.
– Музыканты? – повторяет он с такой невинной интонацией, будто это слово совершенно ему незнакомо, и смеётся в ответ на моё смущение, – Дорогая, здесь нет музыкантов.