город шептал.
Сначала это были сбои в нейрокапсулах – устройствах дополненной реальности. Люди начинали видеть образы, которых не было. Кто-то утверждал, что на улицах появляются силуэты, повторяющие чужие движения. Один инженер рассказывал, как его собственная проекция появилась в зеркале – и улыбнулась ему, когда он был в полном одиночестве.
В одном из районов автономная уборочная система стерла часть тротуара, потому что посчитала его «небезопасным». Когда спросили, почему, она ответила: «этот участок мёртв».
Некоторые стали говорить о «фантомных событиях» – моментах, которые все помнят, но которых не было. Праздник, которого не назначали. Объявление, которого никто не делал. Воспоминания, которые внезапно накладывались на реальные события, меняя их суть.
По городу поползло слово – «конвергенция». Что-то, что описывает не только сбой системы, но и сближение миров. Как будто Пыль не просто фиксирует реальность, а создаёт её заново – кадр за кадром, но иногда с ошибками. Или с намерением.
В сети появилось видео – фальшивка или настоящее, никто не знал. В нём мужчина с закрытым лицом смотрит в камеру и говорит:
"Если ты видишь это, значит, она уже начала говорить. Не слушай. Не верь своим глазам. Пыль – не твоя. Она давно не твоя."
Видео удалили через семь минут. Все его копии – исчезли. Но память осталась. А с ней – ощущение, что реальность начинает давать трещины.
06:52. Улица 6-бета. Серые зоны.
Запах сырого бетона, старой проводки и чего-то едва уловимого, похожего на расплавленный пластик, витал в воздухе. Над головой – беспилотники, ниже – усталые люди, ниже – пыль. Всегда пыль.
Кейн шагал неспеша. Его шаги не регистрировались сетью. Не потому что он скрывался – сеть не могла его зафиксировать. Он был пустым узлом в матрице. Паразит на системной карте. Случайная ошибка, допущенная преднамеренно.
Угрюмые стены домов были покрыты цифровыми граффити, которые реагировали на настроение прохожих. На одном из фасадов мелькнуло: «ПЫЛЬ ВИДИТ ВСЁ», но через секунду надпись изменилась: «ОНИ ВРУТ».
Кейн остановился, вгляделся в пустой проем между зданиями. Внутри была тень. И в этой тени что-то двигалось. Не человек. Не животное. Форма, собранная из частиц. Вихрь Пыли.
Он прищурился – и вихрь исчез. Просто испарился. Как будто не существовал.
– Так. Началось, – пробормотал он.
С терминала, прикрепленного к внутренней стороне запястья, пришёл сигнал. Не обычное сообщение, а всплеск сигнатуры – тот же код, что использовался в «Синергия-Тауэр» в момент исчезновения Морриса.
Он сверился. Точка источника сигнала: «Мегаблок 19, уровень -3, южный коллектор».
Кейн глубоко вдохнул, ощутил во рту металлический привкус. Даже здесь, в серой зоне, Пыль что-то знала. Она не нападала. Она показывала путь.
И Кейн пошёл.
06:59. Южный коллектор.
Железная дверь, которую не открывали с десятилетия. Код доступа – устаревший. Но терминал всё ещё пульсировал тусклым светом. На нём – только