эта страна способна сама строить своё будущее. Нет, Киплинг совсем не пытался быть зеркалом происходивших в Индии событий; весь свой талант он поставил на службу колониальному мифу.
Другим значительным автором литературы присвоения был старший современник Киплинга, французский писатель Жюль Верн. Вот характерное описание коренных жителей Австралии из романа «Дети капитана Гранта» (1868).
«Через каких-нибудь сто шагов путешественники неожиданно наткнулись на становище туземцев. Какое печальное зрелище! На голой земле раскинулось с десяток шалашей. Эти „гунисо“, сделанные из кусков коры, заходящих друг на друга наподобие черепицы, защищали своих жалких обитателей лишь с одной стороны. Эти обитатели, несчастные существа, опустившиеся вследствие нищеты, имели отталкивающий вид. Их было человек тридцать – мужчин, женщин и детей, одетых в лохмотья шкур кенгуру. ‹…›
Туземцы были ростом от пяти футов четырёх дюймов до пяти футов семи дюймов, цвет кожи у них был тёмный, но не чёрный, а словно старая сажа, длинные руки, выпяченные животы, лохматые волосы. Тела дикарей были татуированы и испещрены шрамами от надрезов, сделанных ими в знак траура при погребальных обрядах. Трудно было вообразить себе лица, менее отвечающие европейскому идеалу красоты: огромный рот, нос приплюснутый и словно раздавленный, выдающаяся вперёд нижняя челюсть с белыми торчащими зубами. Никогда человеческое существо не было столь схоже с животными. ‹…› Сострадательные женщины вышли из фургона, ласково протянули руки несчастным созданиям и предложили им еды, которую те с отталкивающей жадностью поглощали. Туземцы тем более должны были принять леди Элен за божество, что в их представлении чернокожие после смерти перевоплощаются в белых… Эти несчастные, изголодавшиеся люди бросали на фургон страшные взгляды, показывая острые зубы, которые, быть может, разрывали клочья человеческого мяса…
Тем временем Гленарван по просьбе леди Элен приказал раздать окружающим туземцам некоторое количество съестных припасов. Дикари, поняв, в чем дёло, стали так бурно выражать свой восторг, что это не могло не тронуть самое чёрствое сердце. Они испускали такие крики, какие испускают дикие звери, когда сторож приносит им их ежедневный рацион».
Описанные Жюлем Верном обезьяноподобные существа словно бы оттеняют прекрасный мир, в котором поселились белые европейцы, ведь рядом со стоянкой аборигенов находится поместье белых колонизаторов, молодых англичан, ухоженное, как английский парк, и наполненное звуками классической музыки.
Я далёк от того, чтобы считать Жюля Верна закоренелым расистом (притом что ему действительно принадлежит немало расистских высказываний), но его романы несомненно послужили Большому колониальному мифу. Этот миф убеждал западного человека в его онтологическом превосходстве над другими народами, воодушевлял и звал к новым завоеваниям. Куда бы ни направлял свой ищущий взгляд европеец, к богатствам какой бы страны он ни присматривался, он всюду создавал