в связь с богом Ярило через блютуз.
Катя хмыкнула. Она подумала, что эта картинка может стать отличным рекламным постером для любого оператора сотовой связи. Все-таки зря она пошла учится не на рекламщика, а маркетолога. Судя по личной жизни, маркетолог из неё вышел посредственный. Катя ухмыльнулась.
– Началось, – ахнула за спиной официантка.
– А ведь точно. Началось, – удивлённо пробормотал Костя. Словно он до последнего не верил, что затмение действительно состоится. Как будто затмение придумали производители цветных очков и сладкой ваты, чтобы за день продать всю продукцию и уехать отдыхать в Анапу.
– Здорово, да? – Катя не заметила, как к ним подошёл парнишка лет двадцати в цветных очках и брекетах. Мальчик пил газировку из трубочки и воодушевленно смотрел на небо.
Катя вспомнила про джин в своей руке, и тоже припала губами к трубочке. Лёгкое знакомое головокружение помогло расслабиться.
Чёрное пятно, тем временем, медленно наползало на солнце. Толпа протянула к небу телефоны и заурчала.
Костя торопливо шарился по карманам.
– Да где же он? Черт, черт, черт.
– Хочешь, возьми мой, – предложила Катя.
Костя бросил на неё нетерпеливый взгляд.
– Конечно, нет! А если ты мне потом снимки не перекинешь? То все потеряно, да?
Удивлённо приподняв брови, Катя подняла руку с замаскированным джином вверх.
– Ок, ок, чего ты так нервничаешь?
Может, он и хотел сказать что-то ещё, но, к счастью, в этот момент телефон выпал из кармана рубашки, куда он неосторожно сунул его, торопясь вслед за Катей на улицу. Стекло треснуло, и лицо Кости превратилось в маску ужаса. Он подхватил его и стал судорожно бить пальцами по экрану. Смартфон работал, но Костя не успокоился, начал причитать, и Катя отошла от него на пару шагов.
Смотреть на солнце без очков было невозможно. Однако сумерки, накрывающие площадь, становились все гуще, возгласы восторга все громче. Парнишка с газировкой, не опуская головы, отошёл от них, пробираясь в центр. Словно там ему откроется более привлекательный вид. Костя защелкал разбитым телефоном. Где-то рядом захныкал ребёнок. На него цыкнули, и он изумленно замолчал.
– Черт, – зло выругался повар – молодой мужчина с веснушками на руках. Белый рабочий костюм плотно облегал тело, точно он внезапно располнел, а новую форму не получил. – Мясо!
Повар с досадой глянул в последний раз на небо, где луна почти полностью закрыла для города солнце, и вернулся на кухню.
Через мгновение площадь потемнела и выдохнула. Катя не сразу сообразила, что не так. Потом поняла. Обычно ярко освещенный по ночам город чернел каким-то особым первобытным мраком. И необычной тишиной. Поднятые вверх руки с гаджетами медленно опускались вниз. Никто не шутил и не смеялся больше. Тёмное пятно стерло солнце.
– А когда все закончился? – Катя услышала в голосе официантки волнение и тревогу. На неё шикнули, и через пару секунд Катя услышала её обиженное, но тихое всхлипывание. Никто не пошевелился, чтобы