полагать, что в конце XIV–XV вв. потребление сырьевых меди и олова возрастало в связи с бурным развитием огнестрельного оружия.
Что же касается ввоза готовых изделий из этих металлов, то он значительно уступал импорту сырья. Можно лишь привести единичные упоминания чеканенной египетской посуды, александрийских подсвечников с золотыми разводами и серебряными цепочками, дамасских канделябров и пиал[488]. По-видимому, через порты Северного Причерноморья попала на Север бронзовая статуэтка рыцаря французской работы, найденная в «земле калмыков, живущих между Сибирью и Каспийским морем»[489]. Возможно, днепровским торговым путем достигла города Изяславля романская бронзовая чаша с аллегорическими изображениями[490]. Как правило, подобные уникальные вещи были регальным достоянием элиты и отнюдь не являлись предметом сколько-нибудь широкого обмена.
Другим металлом, которым живо интересовались северные купцы и порой отправлялись за ним до Константинополя, было железо[491]. Принадлежа, как и золото, к стихии огня, подчиняясь движению Марса, оно относилось к совершенно иному знаковому комплексу: железо представлялось обладавшим одновременно и уранической, и хтонической природой, носителем опасных сил, угрожавших уничтожением всего живого. Оно было основанием цивилизации, предопределив развитие металлургии и техники, и в то же время – ее крушением, давая рождение все новым и новым видам оружия.
Флорентийский аноним начала XIV в. называл «железо всех сортов» товаром, пользовавшимся преимущественным спросом на рынке Кафы[492]. Аналогичные оценки высказывались и другими авторами «Коммерческих практик»[493]. Здесь, в который уже раз, приходится подчеркивать, что железо ввозилось как сырье в виде заготовок-цанов, прутьев в связках и проволоки[494]. То была продукция рудников Испании, отчасти Калабрии и Эльбы, а также Кипра и Далмации[495].
По-видимому, из последнего региона происходило железо, которое отправлял в Кафу венецианец Джакомо Бадоэр в 1436–1440 гг. Согласно его записям, крымский порт получил 15 барилей (549 килограммов) железа[496].
Оценивая эти незначительные торговые операции, нужно заметить, что железо относилось к числу тех немногих товаров, которые подлежали контролю высшей сеньориальной власти. В частности, железо запрещалось вывозить в нехристианские страны[497]. Вообще, его поставками, в основном, ведало государство, и поэтому упоминаний о нем невозможно встретить в частно-правовых актах. Напротив, в официальных документах такие сведения иногда попадаются. Так, в инструкциях кафским консулам 1468 и 1473 гг. называлось железо «в связках» и «в прутьях» и, кроме того, 4 балласа (692 килограмма) «железного листа»[498].
Похоже, реальный объем импорта железа-полуфабриката был выше, чем можно предположить по сохранившимся отрывочным известиям. В условиях, когда на Севере собственные железорудные источники только начинали разрабатываться с конца Средних веков, а ближайшие,