участвовать в европейских турнирах, берут кредиты и закладывают дома. И я знаю, что это ни к чему не приведёт. Когда ты берешь на себя слишком много, а спонсора нет, лучше закончить это безумие вовремя».
Рами долгое время занимался картингом вместе с Кими, пока не забросил это дело и не стал механиком. «Где-то в пятнадцатилетнем возрасте я бросил этот спорт, потому что потерял мотивацию. К тому же я весил на 4–5 килограмм больше, чем нужно. И здорово, что все усилия родителей плюс удача привели Кими в итоге туда, где его талант заметили. И надо отдать ему должное: он несгибаемый соперник. Ничто не имеет значение, если ему нужно совершить обгон», – рассказывает Рами. Сейчас он следит за недвижимостью Кими и занимается его повседневными делами, короче, делает то, что делал их отец Матти до своей скоропостижной смерти.
В какой-то момент Кими стал настолько быстрым, что обычная жизнь стала слишком медленной для него. Особенно школа: сидеть, читать, зубрить. Обучение усложнялось из-за дислексии[29], унаследованной от матери. Паула считала, что мальчику нужно было помочь с самого первого года обучения. «Рами всегда хорошо учился, но Кими учеба давалась сложнее из-за дислексии. До третьего класса нам приходилось туго. Когда у Кими хватало терпения сконцентрироваться, всё шло хорошо. Когда ему пришлось остаться на второй год в пятом классе, это был удар для него, но решение было правильным. Было лучше остаться на второй год в маленькой школе в Кархусуо, где все его друзья были рядом. Позже, в большой школе[30] в районе Каракаллио, ему было бы намного сложнее. Кими никогда не любил чтение; ему больше нравилось мастерить что-то своими руками, заниматься спортом и гонками».
В мире всегда было и есть полно мальчишек и девчонок, которые на уроке глазеют по сторонам и ковыряют в носу вместо того, чтобы изучать математические формулы или порядок слов в немецком языке, но мало кто из них попадает в Формулу-1. Десятилетний Кими тоже не заглядывал так далеко вперед, когда участвовал в своей первой гонке в классе «Мини-Ракет»[31].
Уже тогда картинг был гонками, но пока не до стиснутых зубов и побелевших костяшек пальцев. Тони Виландер, который на год младше Кими, катался вместе с ним и впоследствии стал другом на всю жизнь. Тони вспоминает, что они подружились не сразу, а сближались постепенно за пределами трассы. Они были в замечательном возрасте (около 11 лет), когда все по плечу и о завтрашнем дне не особо задумываешься. Их дружба была настоящей. Они могли покуситься на гамбургер друг друга, но никогда – на место в команде. Тони помнит, как Кими впервые посетил их дом в Канкаанпяа в 1993 году. Тони и Кими продолжают общаться до сих пор, правда, встречаются уже не так часто из-за своих напряженных расписаний. Тони Виландер уже много лет гоняет на «Феррари»[32].
А жизнь ускорялась. Райкконены жили в запахе бензина и нехватки денежных средств. Гонки требовали всё больших вложений, а процесс привлечения спонсоров был непростым.