знати. Пораженный как ударом грома, граф сначала вышел из себя, но быстро осознал весь ужас происшедшего и бросился умолять короля не оставлять его своей милостью. Иаков заверил его в том, что навсегда сохранит в памяти наилучшие воспоминания о связывавшей их дружбе, но не дрогнул. Памятуя свою фатальную ошибку с приказом на казнь не осужденного судом вора, он поучительно промолвил:
– Если бы Коук прислал людей за мной самим, я должен был бы повиноваться.
Кое-кто из присутствовавших впоследствии уверял, что, провожая взглядом уводимых стражей супругов, король пробормотал:
– Глаза мои вас больше не увидят!
Некоторые усмотрели в этом выражение сожаления, другие же – пугающего облегчения.
Наводивший страх Коук провел триста допросов и представил отчет, который поверг в ужас общественность и представил нравы высшего света в самом отвратительном виде.
Оказалось, что леди Фрэнсис с младых ногтей пользовалась услугами разного рода кудесников и заклинателей. Сначала она искала помощи у некой «башковитой»[3]Мэри Вудс, пользовавшейся в определенных кругах репутацией несравненной ворожеи и специализировавшейся исключительно в области любовных чувств. Эта хиромантка и гадалка действительно была не дура и защищалась от преследования закона весьма оригинальным способом. Если сотворенные ею заклинания не приводили к желаемому действию, она начинала стращать обманувшуюся в своих надеждах клиентку, грозившую призвать на помощь стражей закона, что заявит оным, как дама, якобы, просила ее умертвить этого мужчину. Леди Френсис даже отдала ей ценный бриллиантовый перстень будто бы с просьбой помочь избавиться от неугодного мужа, но Башковитая Мэри исчезла вместе с перстнем. Леди Фрэнсис потребовала изловить коварную обманщицу, однако схваченная женщина довольно ловко отпиралась от обвинений, называя перстень оплатой за ранее оказанные услуги, а изводить мужа она-де наотрез отказалась. Разумеется, судебные органы признали правоту аристократки, какая судьба постигла Башковитую Мэри – история умалчивает.
Леди Фрэнсис принялась искать более сговорчивых помощниц своим неблаговидным замыслам и незамедлительно обрела таковую в лице миссис Анны Тернер (1576–1615).
В молодости Анна была девушкой, наделенной прекрасными внешними данными, каковые стали решающим фактором в ее замужестве с респектабельным лондонским доктором Тернером. Но в 1610 году супруг скончался, не оставив ей сколько-нибудь значительных средств к существованию. Судьба нищей вдовы в безжалостном обществе была незавидна, однако миссис Тернер не растерялась, проявив завидную прыть и незаурядные деловые качества. Во-первых, она обзавелась двумя борделями, которые посещали многие придворные, во-вторых, добилась весьма доходной монополии на продажу крахмала с добавкой шафрана. Это вещество использовалось для придания жесткой формы и желтой окраски круглым гофрированным воротникам