вами не встречались, – пояснил Паспуаль.
– А этот, – сказал Кокардас, указывая на Пепе Убийцу, – дал торжественную клятву в том, что обязательно с вами повстречается.
Пепе с угрюмым спокойствием выдержал взгляд Капитана. Тот не без интереса переспросил:
– Этот?
Пепе, намного шевеля губами, опустил голову.
– Что касается этих двух храбрецов, – заметил Лагардер, опять указывая на Пинто и Сальданя, – то, возможно, они в чем-то и правы, так как в Испании меня называли только по имени Анри. Тем не менее, с некоторыми из вас, господа, я наверняка уже имел удовольствие сталкиваться, – и он пальцем, словно подражая уколу рапиры, проткнул воздух, указывая на Жоёль де Жюгана. – Правда, в том бою мне пришлось действовать не рапирой, а оружием, принятым на его родине.
Жоёль де Жюган почесал свой шрам на лбу.
– Остался след; что и говорить, вы управляетесь с буковой палкой не хуже, чем со шпагой, синьор, – пробормотал он.
– Словом, тем из вас, – сказал Лагардер, – кому довелось иметь дело со мной, не повезло. Однако, здесь, сколько я заметил, ваша задача попроще, не так ли? Подойди ко мне, малыш!
Беришон охотно подчинился. Кокардас и Карриг раскрыли было рот для объяснений, но Лагардер, дав им знак молчать, обратился к мальчику.
– Ты что здесь делаешь?
– Вы – добрый, дядя, и вас я не стану обманывать, – ответил Беришон. – Я несу письмо.
– Кому?
Беришон немного замялся, снова скользнул глазами на низкое окно и наконец твердо произнес.
– Вам.
– Давай.
Вытянув из-за пояса записку, мальчик протянул ее Лагардеру, а затем, привстав на носки, шепнул ему в ухо.
– У меня есть еще другое письмо.
– Кому?
– Одной даме.
Лагардер протянул мальчику свой наполненный монетами кошелек и сказал:
– Спасибо, малыш! Теперь ступай выполнять свое дело. Никто больше тебя не тронет.
Ребенок пустился бегом и скоро скрылся за поворотом траншеи. Когда он исчез, Лагардер развернул адресованное ему письмо.
– Эй, вы, нельзя ли подальше. Я не люблю, когда в мои письма заглядывают посторонние.
Требование капитана было исполнено с завидной поспешностью.
– Прекрасно! – воскликнул Лагардер, пробежав глазами первые строчки. – Все идет, как нельзя, лучше. Для того, черт возьми, я сюда и приехал. Клянусь Небесами, этот Невер – достойный синьор!
– Невер? – в изумлении переспросили наемники.
– Что, что там говорится? – присоединились к вопросу Кокардас и Паспуаль.
Лагардер уверенным шагом направился к оставленным на лужайке столу и стульям.
– Сначала нужно промочить горло, – сказал он. – Все идет, как надо. Сейчас, если угодно, расскажу вам одну занятную историю. Садитесь – ка; мэтр Кокардас тут, а брат Паспуаль, – вот здесь. Остальные, – кто где хочет.
Гасконец и нормандец, гордые оказанной им честью, уселись по бокам своего кумира, а тот, отхлебнув большой глоток, начал свой