Ханнес Ростам

…Ваш маньяк, Томас Квик


Скачать книгу

был известен полиции задолго до того, как стал серийным убийцей. В молодости он не раз попадал в кутузку за разнообразные и совершенно нелепые мелкие преступления, непревзойденные в своей глупости».

      Каждый такой пример Стигссон досконально запоминал. Перссон действовал на него как красная тряпка на быка.

      – Лейф Г. В. Перссон называет многократные попытки сексуального насилия и покушения на убийства в отношении детей нелепыми мелкими преступлениями! – От возмущения голос Стигссона звучит более надрывно, чем обычно, и в конце концов он срывается на фальцет, произнося свои речи, которые мог продолжить с любого места: – Томасу Квику еще в молодые годы был поставлен диагноз «педофилия и садизм» – pedophilia cum sadismus. Он был признан «не просто опасным, а при некоторых обстоятельствах – исключительно опасным для жизни и здоровья других людей». И это написано еще в тысяча девятьсот семидесятом году! А в семьдесят четвертом он напал с ножом на мужчину в Упсале и так его порезал, что тот чудом остался жив. И такие поступки Г.В. называет «нелепыми мелкими преступлениями»! Ты понимаешь, с какими нечестными людьми приходится иметь дело?

      Губб Ян Стигссон часто и охотно цитирует заключения судмедэкспертов и решения суда.

      Вооруженный точными формулировками, он всегда может обрушиться на своих оппонентов, указывая на фактические ошибки в их высказываниях и статьях.

      Вкупе с Лейфом Г. В. Перссоном самым ненавистным для Стигссона человеком был писатель и журналист Ян Гийу. Стигссон потряс у меня перед носом парой листов бумаги со статьей, которую он посылал в дебатную полосу национальных газет и получил назад с отказом.

      – В книге Гийу «Защитник ведьм» в главе о Томасе Квике я насчитал сорок три фактические ошибки! Вот уже несколько лет я пытаюсь вызвать его на публичные прения. Однако он не решается со мной тягаться! А газеты не принимают моих статей на эту тему, – продолжал он.

      Не без некоторого облегчения я попрощался со Стигссоном и вышел на негостеприимную улицу зимнего города, чтобы продолжить работу над репортажем о пиромане из Фалуна, который все больше превращался в репортаж о таком феномене, как ложные признания.

      Зачем человеку признаваться на полицейских допросах в тяжких преступлениях, которых он не совершал? Это представляется почти невероятным, и большинство людей убеждены, что сами-то они никогда бы так не поступили. Девять подростков из Фалуна сознались в многочисленных поджогах, а позднее утверждали, будто невиновны, во что поначалу мне было трудно поверить.

      Однако начав читать научные исследования по ложным признаниям, я понял, насколько это распространенное явление. И оно возникло не вчера. Когда в 1932 году было совершено похищение полуторагодовалого сына Чарльза Линдберга, мегазвезды, легендарного летчика, в одиночку пересекшего Атлантику, около двухсот человек выступили с признаниями своей вины. Примерно столько же за все эти годы сознались в убийстве премьер-министра Улофа Пальме[14].

      Американская