в одной постели с мужчиной-рауф! Это отвратительно! – долетел до неё голос Огдена, который, оказывается, всё это время продолжал говорить. – Какая мерзость!..
…У Фэба болели сломанные ноги, и его познабливало – сказывалась перенагрузка. Часов до трёх ночи они читали Данте, а потом так и уснули, не раздеваясь, не выпустив из рук книги. Ждали ребят, нервничали. А под двумя пледами, прижавшись друг к другу, было так уютно и хорошо!.. Фэб заснул первым, а она лежала еще с полчаса, отрешенно глядя на снег за окном и машинально поглаживая его руку, покойно лежащую на корешке книги – удивительно красивые тонкие пальцы, ровные, под корень подстриженные ногти… За руками Фэб следил, и еще как, руки для него были прежде всего рабочим инструментом – и эта чистая, красивая рука Берте в тот момент почему-то ужасно нравилась. «Какие они у меня замечательные, – думала она. – Каждый по-своему, но замечательные – все». Снег падал и падал за темным окном, и она сама не заметила, как задремала. Утром позвонили ребята, она ответила, а потом снова легла и уснула, ведь Фэб еще спал, и ей не хотелось его разбудить…
– Похотливая мразь! Сука!
Ууу… Что-то Огдена сегодня заносит. Видимо, поговорка «У кого что болит, тот о том и говорит» действительно правильная…
– …И это пока еще только начало, Ольшанская. Вы будете сотрудничать, хотите вы этого или не хотите.
– Не хочу, – машинально подтвердила Берта, тем самым обозлив Огдена еще больше.
– Захотите, – рявкнул он. – Деваться вам всё равно некуда, и вы про это знаете.
«Они придут, – Берта прикрыла глаза. – Они придут за нами. Не знаю, как, и не знаю, когда, но они придут за нами, в этом я не сомневаюсь ни секунды. Надо просто терпеть. И ждать. Вот это я знаю точно».
Огден продолжал что-то говорить, но Берта его не слушала – отключаться от Огдена она научилась на удивление легко. Можно представить себе, например, что это шумит вода. Или радио. К ней слова не имели никакого отношения.
Интересно, Огден понимает, что разговаривает сейчас сам с собой?..
– …первый выезд. Возможно, мы возьмем вас вместе с Фэбом…
О! Это что-то новое.
Берта навострила уши.
– Он дал согласие на сотрудничество, поэтому через десять дней мы организуем первую пробную поездку.
– Куда? – спросила Берта.
– Я только что сказал!..
– Извините, я отвлеклась, – Берта понурилась. – Руки болят.
Руки действительно болели, святая правда. Попробуй посиди час со скованными руками.
– В Домодедово, – повторил Огден. – К порталу. Вы и ваш любовничек…
Опять. Заклинило, что ли?
– Во время прохода портал выдал некую реакцию, и сейчас нам нужно выяснить, на кого именно из вас он так отреагировал. Исходя из имеющихся данных, мы склонны предполагать, что либо на вас, либо на него.
– Почему? – с интересом спросила Берта.
– Вы меня вообще слушали?!
– Ну… да.
– Потому что Джессика портал раньше проходила, и никакой реакции не было, – объяснил Огден.
– Я