а в его же херувиме
Депрессия возникла тем острей.
То хлопает от сердца дверью где-то,
То слёзы льёт от мыслей маеты.
Не лучшее на гаснущей надето,
Не нравятся ни песни, ни цветы.
Претит ей развлечение живое,
Несчастная, теряя забытьё,
Боится, что перо передовое
Забвению легко предаст её.
Петрарка ведь отчасти ненавидел
Её, как и инстинкты городка,
Где встарь её по случаю увидел,
Отсюда скорбь у донны глубока.
Раз горько госпоже в её левкоях
От холода вассала своего,
То, может, осчастливит их обоих
Исполненный души возврат его?
О, нет! Ей хоть и горестно в уделе,
Хоть огненно мечтать ещё сполна,
А всякий встречный шаг его на деле
Враждебностью усовестит она.
Совместно с ним отсчитывая годы,
Не тешиться красавице моей:
Живущему на жалкие доходы
Взаимностью смешно ответить ей.
Не странно ли? К отчаянной вершине
В известности пришёл оригинал —
А женщины, хотя б одной, доныне,
Похоже, не познал!
Одну познал.
И кто ж она? Прошу, доверься тайно!
Откуда мне б узнать её шаги,
Самой не став означенной случайно?
Вот это да! Вот это пироги!
Так надо на тебе ему жениться.
Не любо ли рассудку твоему
В его глухой долине поселиться?
Вполне ты подойти могла б ему!
Петрарка
Могла б.
И ты завидная такая!
Завидная.
В сравнении с тобой
Лаура – жёлчь.
Увы, хоть и сладка я,
Не слить ему себя с моей судьбой.
При мне сперва горел он оживлённо,
Но подлинно расстроился поздней,
Подумав о другой, войдя сражённо
В сознание неверности своей.
Посмел от поцелуев уклоняться,
А вылился во фразе ледяной:
«Не мысли предо мной вперёд являться».
Я вспыхнула: «Вы тоже – предо мной».
Не только к озабоченной Лауре
Грешно теперь явиться тут ему.
Так если нет ума в большой фигуре,
То, может, я вакансию займу?
К себе всегда хранящему участье,
Без мёда не польстит остаться мне.
Считай, что взял у гения ты счастье,
Считай, что нос утёр ему вполне!
Сцена 7
Сколь горестно тебя найти мне снова,
Валун, угодный летом ей всегда!
Твоё сиденье знать одна готова
Сударыня моя, моя звезда.
Давно-таки