Что вы говорите! Это совершенно не в вашей компетентности. Был Суд, он определил наказание.
Вы сами большой грешник, ищите свой путь спасения, думайте, молитесь, просите прощения. Судьба бедной девушки не может вас касаться никоим образом.
– Вот, Мисюсь, то же самое ему говорю. Молись, говорю, не слушает, – развел демон руками. – Значит, копать приходится. Вообще, еле уговорил вернуть девчонку. Собирался предаться плотскому греху с бедняжкой. А ты чего копать-то перестал? – кивнул мне демон. – Давай, откапывай жертву страсти своей прелюбодейской.
Я вяло ковырнул землю.
– Пальцы в кровь уже стер, – сунул я руку под нос ангелу.
Мисюэль вопросительно взглянула на демона.
– Ладно, только для тебя, Мисюсь, – Оринас опустился на колени, оттолкнул меня и сунул руку в яму. Рука его ушла глубоко в землю, он там пошевелил ею и выдернул за волосы визжащую девчонку.
Перемазанная в глине, Гюльчатай, не переставая кричать, повалилась на пол. Увидев ангела, она замолчала и поползла к той на коленях.
– Ангел Господа нашего Аллаха! Спаси меня! Прости! Не отдавай чертям!
– Ну вот, началось, – скорчил рожу демон. Он оглянулся на вход, там уже маячила рогатая голова черта. – Давай быстрей, забирай свою шахидку, – крикнул он.
Черт ловко залез в дольмен и ухватил Гюльчатай поперек туловища. Девушка завизжала. Она тянула к ангелу руки и истошно кричала:
– Спаси меня, я больше не буду! Я поняла! Прости!
Мисюэль стояла молча, глаза ее были полны слез.
– Давай быстрей, – недовольным голосом сказал демон.
Гюльчатай вцепилась в руку черту, ее глаза случайно встретились с моими.
– Ты же обещал не отдавать чертям, ты говорил, что выкупил меня!
Я не ответил.
– Да иди уже! – крикнул демон, и черт с добычей торопливо выскочил наружу.
Крик девушки еще раз донесся с улицы, и через мгновение все стихло.
– Ужас какой! – беспомощно развела руками ангел.
– Ад же, – пожал я плечами. Мне тоже было жаль девчонку, но еще сильнее хотелось курить. Просто безумно.
– Мисюсь, ты думаешь, эта была единственная? У него еще подружка есть из ячейки напротив. Еленой зовут. Нисрок его оттуда лично выгонял, еле справился. Просто мачо адский, а не грешник. Да и к тебе, кажется, клеился. Я с таким вообще не сталкивался. Чтоб к ангелу четвертого ранга, в Аду! – демон с деланым удивлением покачал головой.
– Оринас! Что вы такое говорите! Надеюсь, вы шутите. Хоть ваши шутки и лишены всякого вкуса. Впрочем, чего ожидать от демона, грубый мир – грубые шутки, – и Мисюэль презрительно отвернулась.
– Клеился, клеился, – засмеялся демон, – мне даже полотенце пришлось ему дать прикрыться. Чтобы невинность ангельскую не смущал, значит. Где, кстати, полотенчико, грешник?
– Я шахидке давал, наверное, в яме осталось, – сообразил соврать я.
– Ладно, искать не будем, – кивнул демон и, снова проведя рукой над разрытым полом, закопал ход.
– А