случайно.
– Во-во, смотри не ляпни. Нейтрино не дождешься, а вот все ужасы инквизиции я гарантирую. В усовершенствованном варианте. Тебе понравится, – и демон ласково потрепал меня по голове.
– Сигарет оставите? – попросил я, поняв, что он сейчас уйдет.
Оринас усмехнулся и исчез, а я почувствовал сигарету во рту. Закашлявшись, вынул.
– Бли-ин! Вот сволочь! – воскликнул я. Сигарета оказалась электронной.
С улицы послышался шум, я выглянул, было пусто. Но судя по крикам, щелканью кнутов и мату чертей, торжественная процессия была уже недалеко.
Покряхтев от тяжести, я заткнул каменную пробку, стало темно и тихо.
«Научиться бы видеть в темноте, – подумал я, до искр в глазах пялясь в адскую тьму дольмена. – Искусственное освещение мне здесь не светит», – и усмехнулся каламбуру.
Вспыхнул свет, пришла ангел. Отсутствие времени позволяет событиям течь беспрерывно. С одной стороны, хорошо: не скучно, с другой – неудобно, постоянно на людях, ни посидеть в одиночестве, подумать о вечном, ни помастурбировать спокойно.
– Здравствуйте, Мисюэль, – вежливо поздоровался я.
– Здравствуйте, Андрей. Оринас не заходил? Я хотела поблагодарить его за сотрудничество.
– Только что ушел, – удивился я. – Да и вы тоже буквально несколько минут как увели девушку.
– Да, конечно, – кивнула ангел, – для вас же здесь времени нет. Увидите его, передайте, расследование по матрасу прекращено. Это все-таки был ваш матрас?
– Нет-нет, не мой, я даже сначала подумал, что всем положено. Не на голом же полу спать. Только потом понял, что и спать тут не требуется.
– Да, Андрей, в прожитой жизни вы совершили много ошибок, теперь приходится страдать. Я надеюсь, вы осознаете их и раскаиваетесь. Мне бы очень хотелось вам помочь, но первый шаг должен быть с вашей стороны, – ангел вздохнула. – Вот девушка эта, Гюльчатай, искренне попросила прощения, заявила, что раскаивается, и сложились обстоятельства, позволившие вывести ее из Ада даже несмотря на очень серьезное преступление, совершенное ею.
– Да, – кивнул я, – удивительно, что ее забрали отсюда. А разве вы не заинтересованы, чтобы грешная душа полностью отстрадала положенное?
– Что вы, Андрей, конечно, нет. Главное, чтобы душа осознала ошибочность своего мышления и поведения. Чтобы раскаялась и в следующей жизни подтвердила отказ от греховного пути. Какой смысл терзать человека, все понявшего и уже изменившегося к лучшему? Только чертей гаввахом кормить.
– А как она будет подтверждать свой отказ от пути греха? – поинтересовался я.
– Ей придется проявить религиозную толерантность и отказаться от решения проблем с помощью насилия. Причем в условиях она окажется довольно жестких. И, скорее всего, ей придется погибнуть от рук религиозных фанатиков. Только тогда может считаться, что негативный опыт данной жизни успешно преодолен, и ей больше никогда не придется сталкиваться ни с чем подобным.
– М-да, девушке не позавидуешь, – разочарованно протянул я.
Ангел пожала плечами.
– А