о любви, – сказала Елена, вынимая сигарету у меня изо рта. – Давай дверь закрою, нам же свет не нужен. Правда? Чтобы черти всякие не подглядывали.
Потом мы по очереди курили шоколадную сигарету.
– Да, в таком Аду жить можно, – поцеловала меня в щеку Елена. – Не Ад, а санаторий в Подмосковье.
– Почему в Подмосковье? – удивился я.
– Потому что в Подмосковье целыми днями валяешься в номере, трахаешься и куришь. А на улицу не выходишь из-за плохой погоды.
Я засмеялся.
– Пойду заплачу за номер, пока не выселили.
Однако мой номер оказался пуст. Ни демона, ни ангела. Облегченно вздохнув, я заткнул пробку. Дольмен погрузился в темноту. Я потянулся, посетовал на отсутствие матраса и повалился на пол. Эх, жаль, вечная бессонница.
– «Забыться и забыть и сбросить это бремя, покуда свой клубок разматывает время», – проговорил я во тьму.
– Размечтался, – услышал я насмешливый голос демона. – Чего наша красавица от тебя хочет?
Я устало вздохнул.
– Я думаю, она хочет замуж. Как любая баба.
– Ангел? – удивленно воскликнул демон.
– При чем тут ангел? Я думал, вы про Елену.
– Вот уж кто меньше всего меня интересует. Зачем Мисюэль приходила?
– А, эта. Хочет добиться от меня осознания, раскаяния, покаяния, прощения, прощания, вознесения и воплощения. В общем, чтобы на свободу с чистой совестью.
– Подыграй ей, и я совсем перестану интересоваться твоей Еленой.
– Как подыграть?
– Раскайся, покайся и далее по списку.
– Зачем?
– Затем. Делай, что говорят, и не задавай вопросов. Только не сразу. Торопиться не надо. Важно вернуться в общество полноценным членом, – засмеялся демон. – В общем, жду от тебя искреннего диалога с ангелом.
– О господи! – воскликнул я. – Честное слово, господин Оринас, я плохо вас понимаю.
– Не притворяйся идиотом. Общаешься с Мисюсь и следуешь ее советам и рекомендациям. Но не без сопротивления, чтобы процесс осознания казался естественным. Теперь понятно?
– А если я действительно осознаю и встану на путь праведности?
Демон снова засмеялся.
– Что ж, еще лучше, значит, бедняжка не зря старалась. Порадуюсь за нее.
– Ничего не понимаю, – потряс я головой.
– От тебя не требуется понимание, от тебя требуется исполнение. Все, по-моему, она уже идет. – В темноте сверкнули огненные глаза демона. Полыхнуло светом. Возникла ангел.
Демона в дольмене больше не было.
– Оринас был? – спросила Мисюэль.
– Только что.
– Чего хотел?
– Не знаю, – я пожал плечами.
– Ну, он что-нибудь говорил?
– Спрашивал про вас.
– И что именно?
– Ну, спрашивал, как мы общаемся.
– А вы?
– Ну, я рассказал про покаяние.
– А он?
– А он ничего.
– Совсем ничего?
– Ну, не знаю. Ничего конкретного. Не прореагировал.