был у нас самой большой сукой в гарнизоне. Из тех полканов, которым солдата взъебать не лень. Лично. Ну а потом уже его командира и всех в радиусе 100 м от места залета.
И вот Сабай обнаруживает Мождахеда, увлеченно готовящего плов из свежеободранной змеи. Кстати, о способности Мойши добыть все что угодно и где угодно легенды ходили. Ну, понятно, Сабай по казану сапогом-ннна! И давай орать. А тут обстрел. Мойша взвыл и вцепился в Сабая. Спрятаться за ним хотел. Полкан фигуристый, за ним, как за каменной стеной. Ага как же. Сабай давай туда-сюда вертеться, Мойша визжит, но не отпускает. Шмякнулись на землю. Сабай всю форму в плове изгваздал. Обстрел закончился, Сабай глянь, а в Мойше дырка. Он же не знал, что все пули в Соломона летят. Подумал, что рядовой Рабинович своим телом закрыл командира.
Расчувствовался. Прослезился даже. Сам в санчасть приволок. Там ничего серьезного- за месяц оклемался, но Сабай ему орден пробил.
Потом Мойша вышел из госпиталя. Ходит-хромает. Ну куда его-не на боевые же! Отправили в наряд по кухне. Стая салабонов сидит картоху чистит. Опять обстрел. Догадываешься, кто словил пулю из всей толпы? Правильно!
Сабай как про то узнал, так аж разрыдался от полноты чувств. Выходит, раненый герой опять товарищей закрыл своей свежезаштопанной тушкой! Дважды герой! Опять госпиталь и награда нашла Моисея. Медаль дали.
Потом его на боевые велели брать. Как я не противился-его ко мне в группу сунули. А он неприятности притягивал, как магнит. То ногу подвернет-мы его по горам тащим. То еще что.
– А чего не выпер?
– Понимаешь… Капа замялся… тут такое дело… Он нас реально спас два раза. Как он ногу подвернул-нас засада ждала. Потом узнали. Мы до нее не дошли из-за него. И еще раз. У нас крыса завелась в части. Сливал духам инфу за афошки. И вычислил его кто?
– Моджахед?
– Да!
– Как?
– Не в курсе. Это их с Сабаем дела. Сабай же, хоть и гнида был, но дело свое знал туго. Контрразведчик он был от Бога. Позырил он на Мойшу, нарядил его, как местного-и нате. Вылитый бабай. Мы на него поглядели в халате и «пуштунке» -и выдохнули «Моджахед!»
Откуда и погоняло.
– А язык?
– Он глухонемого играл. Причем так натуралистично! Мычал, тряс башкой, пальцы раскидывал. Рассказывал, что у него в детстве сосед такой был. Маленький Мойша его дразнить любил очень. Мычал, кривлялся, вот и научился. Актерские данные то у него врожденные.
Сабай с ним двух таджиков отрядил переводчиками и они на базаре такой шахер-махер устроили, что любо-дорого смотреть. Купец, удалой молодец. Моджахед озолотился на местных сделках. Он же гениальный торгаш! Похер что мычит-но сразу понятно что он и о чем! А торговался как! Местные дуканщики его очень уважали.
Но и нас не забывал. Мы его страховали в особо щекотливых делах. Так что все потом на дембель с деньгами уехали. Причем, деньги уже в Союзе нас ждали. Таможня с нас ничего не поимела! Я машину купил сразу, кто-то дом в деревне. Мойша банчок основал. Понятно, что ему там куда как поболе досталось. Но это я вперед забежал.
Так