и, из переливающегося всеми цветами, вспыхнув, стал изумрудно зеленым.
«Проклятье», – закричал мужчина, и пожилой, раненый Генрих Шульц, движимый безысходностью и отчаянием, забыв про собственную боль ринулся к своему мальчику.
Налетев на Дэрэка всем телом, опекун втолкнул его внутрь купола, отдавая того на волю изумрудного вихря.
Но магический барьер не терпит посягательств и как только влекомый инерцией Шульц коснулся его, пучок молний, пробежавших по магическому щиту, пронзил тело Генриха Шульца, превратив его в прах.
И хоть этого никто не видел, но прежде, чем исчезнуть в водовороте магии, зеленый свет погас в глазах Дэрэка, а мраморное лицо единственный раз за его жизнь исказилось от боли и скорби, и он исчез.
Пару мгновений спустя в хранилище ворвались маги, но не найдя ничего, кроме горстки праха, оставшегося от Шульца, они долго и разъярённо бранились, стараясь выяснить, что же стряслось,
Когда все немного успокоились славные парни решили запечатать хранилище. И они возвели новые двери и наложили новые руны, и много чего было потом, но главное время пошло дальше…
Но не для Дэрэка.
Глава 7. Ночной визит
На улице было темно.
Вернее, на улице было то время суток, когда нельзя с уверенностью утверждать, поздняя ли это ночь или все же раннее утро.
Нет-нет, это не были утренние сумерки, но тот час, когда, небо чуть заметно меняет свой тон, хотя солнечные лучи еще и не думали появляться.
В час, когда кажется, что ночь вполне может передумать и остаться в мире навсегда, хотя этого еще не бывало, по улице бежал человек.
Точней, человек скорей скользил, поскольку в это время года любая поверхность, которую власти городов во всей множественной вселенной осмеливаются назвать дорожным покрытием, превращается в сущий ледяной кошмар.
Этакий гибрид из страшного сна фигуриста и мечты, сделать из суицида что-то веселое и простое.
Хорошо, вы правы. По улице скользил человек, и в те моменты, когда его траектория вынужденно делала поворот, центробежная сила, беспощадно и весьма настойчиво, знакомила бегуна с прелестной кирпичной кладкой стоящих рядом домов.
Ситуацию усугублял необычный выбор обуви для зимней ночной пробежки, по тому, как обувь на его ногах отсутствовала как класс.
Впрочем, иной одежды на высоком, жилистом теле мужчины не наблюдалось.
Если, конечно, вы не склонны считать одеждой ковер, который мужчина обмотал поверх своих бедер на манер весьма откровенного килта, и теперь был вынужден придерживать его одной рукой.
Однако для нас, как для сторонних наблюдателей, коими мы и являемся, в происходящем важно лишь два обстоятельства.
Ссылка: Ну хорошо, три обстоятельства, но не больше. Конец ссылки.
А именно: первое – улицы, составлявшие маршрут бега-скольжения, были улицы Мэджикшилд.
Второе – эти улицы были примерно на пять лет старше, чем они были в ту ночь, когда погиб Генрих Шульц.
И наконец третье – весь этот бег, скольжение, падения и