в это момент юбка –ковер с предательским шорохом раскрылась, представляя на суд ведьмы, то, что должна была скрыть.
Повисла пауза, после чего незнакомец, спокойно посмотрев вниз, абсолютно бесстрастным голосом произнёс:
– Проклятье.
Гертруда жила долго и повидала много мужчин, и хоть она в этом и не призналась бы, многие из этих мужчин представали ее взору, как бы это по деликатней, …au naturel, не только по медицинской необходимости.
Но за всю свою жизнь ведьма знала лишь одного человека который, даже в ситуации, когда с него сваливаются штаны, а точнее ковер, оставался бы настолько безэмоционален.
– Дэрэк? Это ты, – все еще с недоверием спросила Гертруда и ее когти исчезли.
– Да Госпожа, это я, – ответил мужчина, который, отвернувшись быстро, но все же без суеты, повторно придавал, противоестественный любому ковру, функционал юбки.
–Но … Но как? Мы …Мы думали, – ошарашенным, но все более восторженным с каждым словом голосом начала было Госпожа.
Но Дэрэк, наконец совладавший с предательской одеждой, прервал ее.
– Госпожа Гертруда, простите, что прерываю, но хоть по мне и не заметно, все же я констатирую у себя обморожение, если вас не затруднит, я бы хотел войти.
Говоря, это ночной визитёр, смахнул с мраморного плеча появившийся на нем иней.
–Добрые Боги! Что же я мой милый! Конечно, скорей-скорей заходи.
И всплеснув руками, Госпожа Гертруда поспешно втащила его в свой домик.
А потом было много суеты и хлопот, включавшие себя первую помочь при обморожении, а также горячий куриный бульон, крепкий алкоголь и многие, многие другие мероприятия, увенчавшиеся наконец горячим чаем.
Удовлетворённо глядя на сугроб из оделял, из которого торчала темноволосая голова некроманта, Госпожа, равно как и Тетушка Гертруда, вздохнула и, изможденная хлопотами по спасению, рухнула в вишневое кресло напротив Дэрэка.
И, смотря на него, словно мать, дождавшаяся сына с войны, она спросила:
– Мой дорогой мальчик, как, как это возможно?
Мы с Арчи год пытались найти хоть зацепку, указывавшую, что с тобой случилось той ночью. Но все было безуспешно, тебя как-будто стерло из самой реальности, ни крупиц, ни молекулы ничего не было, а …
Ведьма, замолчав, долго смотрела перед собой, потом перевела взгляд на Дэрэка, и наконец печально продолжила:
–А Генрих, он …
И Госпожа Гертруда разрыдалась, просто по-женски, как-будто она вовсе и не была могущественной и грозной ведьмой.
– Я знаю, – выждав паузу, спокойно ответил мужчина.
– Знаешь? – все еще плача переспросила Гертруда, вытирая белоснежным платочком слезы и тушь.
Ссылка: не важно двадцать тебе или пятьсот, подобающая косметика, равно как и белоснежный платок должны быть спутниками уважающей себя ведьмы, считала Госпожа.
Но … Откуда? Я имею веду как? – наконец совладав с эмоциями, продолжала она.
– Я это видел, – бесстрастно пояснил Дэрэк.
Госпожа, охнув, закрыла