уехали по делам.
Приятели переглянулись и начали быстро собирать свои вещи.
– Сейчас, минуточку, подожди меня, – неожиданно простонал Васильев и неровными прыжками кинулся вон из комнаты. Глебов с растерянным видом уставился ему вслед, краем глаза заметив, как, закрывшись папкой с документами, Мария Петровна Солнцева пытается скрыть сотрясающий ее смех.
Свидание вслепую
«Весенние месяцы, а точнее сказать, апрель и май – не самое продуктивное время для офисов и прочих учреждений. Летом хоть работы не так много. Все разъезжаются по отпускам, жарко, кондиционеры, если они есть, не справляются с духотой, состояние организма расслабленное, голова не варит, и в свете всего вышесказанного можно немного и похалявничать. Ведь подобное состояние охватило не только тебя одного, но и сотрудников прочих контор, с кем ты связан контрактами, твоих клиентов, твоего шефа, который, по последним данным, уже расписал лето, составив график поездок по необъятному земному шару. Но сейчас на дворе конец апреля, а состояние организма точно такое же, мозги уже настроены на майские праздники, дачи, грядки, алкоголь и шашлык. А расслабляться нельзя, все вокруг хотят успеть закрыть дела или хотя бы какую-то часть контрактов до наступления майского безумия, когда жизнь везде замирает дней эдак на…десять – пятнадцать. Ведь все хотят получить свой кусок праздничного пирога, зарплату, премию, процент от сделки, бонусы, ну и так далее. Поэтому приходится крутиться, вертеться, подчас чем-то жертвуя, теша себя слабой надеждой, что вот уж на праздники-то оторвешься и отдохнешь. Хотя, если честно, так лень что-то делать. Хочется вздремнуть, откинувшись на спину кресла… а лучше вообще дома, под боком у любимой супружницы… Интересно, кстати, куда запропастился Глебов, неужели опять документы на регистрацию сделки подать не смог?! Или, наоборот, все нормально – и он просто особо не торопится в душный офис, а присел сейчас где-нибудь на бульваре и, потягивая коктейль, таращится на голые коленки прогуливающихся девушек?! Хоть бы телефон не отключал, хитрец…» – Юрий Иванович Васильев, с трудом подавив зевок, оторвался от созерцания пасьянса «Косынка» и посмотрел на часы. Двенадцать часов двадцать семь минут. «Уже больше часа совещание идет, чувствую, опять что-то новое ждет. Тьфу ты, стихами заговорил…» Дверь приоткрылась, и в комнату вошел Алексей Тробченко:
– Здорово, Иваныч! А Сашка где?
– Сам бы хотел это знать, – Васильев приподнялся, чтоб поздороваться, и снова откинулся в кресле, – а тебе он зачем? Опять турне по кабакам планируете?
– Нет, сегодня идем нюхать кокс…шутка, – улыбнулся Тробченко, – совет его нужен…
– Да?! – удивился Иваныч. – А в чем проблема? Я не могу помочь?
– Не знаю… – замялся Алексей, – я хотел бы сначала с ним переговорить.
– Ну, как знаешь, – Васильев снова уткнулся в пасьянс, – не знаю, когда он собирается приехать.
Тробченко задумчиво потер подбородок:
– Кофе не хочешь?
– Третий