сторону.
– Почему сегодня нет Ульянова! – рявкнул он заместителю, старому майору, который дорабатывал в отделе последние дни до долгожданной пенсии. – Распустились вы все в последнее время!
– Товарищ полковник! Сейчас Ульянов допрашивает подследственного Ефимова, дело которого надо срочно закрывать и отдавать прокурору. Да вы, наверное, в курсе.
– Знаю, что надо отдавать. Но порядок должен быть везде. Объявляю вам выговор, вместе с Ульяновым. А, теперь, вы мне все, по очереди докладывайте: кто, какими делами занимается?
Он оглядел зорким глазом группу следователей, сидевших по обе стороны длинного казенного стола, где громоздились серые тощие папки очередных уголовных дел.
– Ты сегодня, чем капитан Хватов занимаешься? Сколько у тебя в производстве дел?
– На сегодняшний день больше десяти и все – срочные. Едва успеваю составлять протоколы. Совсем не хватает времени, товарищ полковник.
– Кто плохо работает или не работает, у того никогда не будет времени! Ты понял капитан!
И Соколов с такой силой ударил волосатым кулаком по столу, обтянутым зеленым сукном, что все карандаши и ручки, помещенные в мраморный прибор с треском и шумом, разлетелись по сторонам.
– Ты мне объясни Хватов, зачем тебе понадобился продовольственный склад в бывшем храме? Что ты там искал без санкции начальника? Впредь, без моих указаний запрещаю тебе совать нос, куда не надо. Понял Хватов! Иди, работай, заканчивай поскорее дело о вооруженном ограблении в Троицком магазине и вечером мне доложишь. Чтоб законченное дело лежало у меня на столе. И на будущее: перестань будоражить простой народ глупыми вопросами о барском кладе, зарытом и спрятанном при прежнем режиме. Ты работник советской милиции и я не потерплю, чтобы мои сотрудники занимались исследованием барских и поповских сказок. Тебе понятно, капитан!
«Кто-то стуканул о визите в склад нашему полкану, – белея от злости на себя и на начальника, подумал Хватов. – Неужто Михеич или охранники на складах? Ладно, скотины, я вам припомню доносы, и вы получите по полной».
– Так точно, товарищ полковник! Впредь, все действия буду согласовывать только с вами и с вашим заместителем.
Бесшумно приоткрылась входная дверь, и на пороге показался Ульянов. Он молча сел на свободный стул недалеко от полковника. Начальник отдела достал очередную папироску из открытого стального портсигара, на котором художественно был изображен вождь всех времен и народов. Выпустив замысловатый, извилистый клуб синеватого, крепкого, вонючего дыма, полковник, от наслаждения на короткое время прикрыл мясистые, толстые веки и после длительной затяжки обратил внимание на вошедшего следователя.
– Здравствуй, Ульянов! Ты нас извини, что мы начали совещание без тебя. Но, как у нас говорят: лучше поздно, чем никогда. Почему вовремя не явился? Или для тебя приказы начальника вовсе не приказы, а так – бабские просьбы.
– Виноват,