и насыщенно провели каникулы.
За те несколько дней я поняла, что влюбилась в эту страну.
И вот приехав сюда во второй раз, насладившись величием Рима, красотой Венеции, очарованием Флоренции, я в какой-то момент осознала, что в Волгоград я не вернусь.
В тот миг я приняла очень важное для себя решение и на следующий день купила себе билет в Санкт-Петербург. Только через неделю, после моего возвращения в Россию, я позвонила маме и сообщила ей о своем решении. Она, конечно, не поняла меня, попыталась отговорить, но быстро осознала, что это бесполезно. Потом я позвонила Роме. Он не был рад услышать о моем переезде, но, по крайней мере, был готов к этому и спасибо ему, не стал на меня давить и уговаривать вернуться. Просто попросил не пропадать и быть сильной.
Со дня моего возвращения в Петербург прошло пять лет. По возвращении сюда я сразу же поехала в следственный отдел и подала документы на занятие вакантной должности. Сразу попасть в следствие в большом городе довольно трудно. Практика такова, что сначала неопытного только сошедшего со студенческой скамьи сотрудника отправляют куда-нибудь на передовую – в какое-нибудь поселение и небольшой городок. Там новобранец в течение полутора, а то и пары лет набирается опыта, а потом уже может претендовать на перевод в более крупный центр. Но как верно после чемпионата заметил Макс, руководитель Следственного отдела по Калининскому району ГСУ СК России по Санкт-Петербургу Никифоров Олег Иванович, после успешного прохождения мной практики у него в отделе, лично рапортовал перед начальством, чтобы меня взяли в его отдел под его ответственность.
Так, я еще вчерашний студент, через пару месяцев после выпуска стала работать в отделе, занимающемся одними из самых тяжких и жестоких преступлений.
Не скрою, поначалу было очень тяжело. Приходилось фактически жить на работе, но меня такой ритм вполне устраивал. Это, во-первых, позволяло отвлечься, во-вторых, это мне всегда было интересно, в-третьих, я изначально знала, что меня ждет.
Поэтому проводя на работе практически все время, я не жаловалась, не опускала руки, а твердо зарабатывала себе авторитет и пыталась оправдать оказанное мне доверие.
Из милой девочки-стервочки за эти пять лет я превратилась в сильную и своевольную девушку, умеющую сочетать в себе нежность и жесткость, оптимизм и умение адекватно оценивать окружающий мир. Насмотревшись на те ужасы, которые преследовали меня в работе, волей неволей станешь железной леди. Но мне все-таки удавалось оставаться позитивной и жизнерадостной.
С Лилей мы некоторое время не общались, это было слишком тяжело нам обеим: её убивало то, что она мне врала, я не могла её видеть по той же причине. Снова наладить отношения нам удалось только через год после моего отъезда. Доверие, конечно, было подорвано, но чтобы между нами не происходило, это не отменяло одного факта – мы родные сестры и нам от этого никуда не деться. Как бы тяжело нам не было общаться, врозь