до практически нулевой, когда катер пересек порог бури. Дади коротала время в кают-компании и наблюдала, как Дин возился с какой-то деталью, положив голову на кулак и позволив проворным манипуляторам работать с мелкими инструментами. Чем занять себя монахиня не знала, даже уединиться для медитации было негде. Так они и сидели за столом. На ум девушке пришло недавнее наставлении учителя, звучавшее как “во имя неба, да поболтай ты с ним”.
– Почему без рук? – спросила Дади и работа над столом буквально повисла в воздухе. Дин убрал деталь и манипуляторы в сторону, поднял руки перед собой и несколько раз сжал и разжал ладони. Дади вопросительно подняла бровь.
– Это я попытался пошевелить пальцами по отдельности, – пояснил Дин, – нарушение мелкой моторики, где-то какие-то нервы не сходятся.
– Это твой изъян?
– Да. Отец решил не рисковать с операциями, – Дин помахал своими трехпалыми механическими ладошками, – зато у меня теперь четыре полноценных руки вместо двух. Вроде как, я даже в плюсе.
– Мой изъян – глаз, – немного помедлив ответила Дади. – Слепой от рождения. Учитель все же рискнул и дал мне новый.
– Это не просто протез, верно?
– Отнюдь. Он усиливает Связь. Но подключаться к Сети от этого… неприятно.
– Как и говорить об этом?
На этот вопрос девушка отвечать не стала, механик понимающе кивнул и вернулся к своему занятию. Система корабля вскоре потребовала его внимания. Отложив ремонт он вызвал панель управления судном, и тут же нахмурился.
– Буря бушует, мы стоим на месте, а показатель потока стабильно растет. Странно, – Дин еще раз все перепроверил, натянул свои защитные очки, плотно застегнул комбез и замотался шарфом, – что-то творится слева по борту. Пойду посмотрю. Ты со мной?
В ответ девушка щелкнула по воротнику, из которого её голову накрыл жесткий капюшон с прозрачной защитной маской, полностью закрывающей лицо. Они поднялись на палубу и прильнули к ограждению на левом борту. В десятке метров завеса летящей были становилась совсем непроглядной. Вдали ничего не было видно, но приглядевшись к земле, они оба оторопели.
Железистая пыль и мелкие камни двигались как угодно, только не вслед за ветром, закручиваясь в странных вихрях круглой и спиральной формы. Между завихрениями частицы двигались тонкими длинными струйками, проявляя рисунок магнитных линий, которые сходились вместе где-то за стеной бури. Вихри вползали в поле зрения, становясь все более отчетливыми и даже начали формироваться прямо на палубе, увлекая за собой грязь и мелкий мусор. Дади вновь посмотрела вдаль. Оттуда медленно надвигалась различимая теперь огромная тень, размером с их корабль.
Разглядеть хтона все еще было нельзя, но силуэт выдавал огромную, бугристую и постоянно переваливающуюся через саму себя массу. В шуме ветра её движение казалось совершенно беззвучным.
Через изначальный шок Дади начали прорываться паника и любопытство. Любопытство оказалось на один миг быстрее и девушка, несмотря рывок боли