также попросить прощения у тех, кто неизвестно где и был, да и был ли вообще в живых сейчас. Он вообразил себе, что Нэя – искусница как бы реинкарнация Гелии, и всё можно отмолить и исправить? Вернуть себе утраченную целостность человека, пришедшего со звёзд? И кого он тут обманывал? Себя, Нэю с её прекрасной, но наивной душой, всем желающей незаслуженного ими добра?
Дочь отвергала с отвращением и ненавистью незаслуженное в её мнении счастье недостойного отца, не хотела допускать и самой возможности, что он хоть как-то причастен к простым человеческим приятностям, доступным для каждого. Дочь была его родным и самым больным местом в мире Паралеи. Улететь на Землю – не было и вопросов. Было уже давно можно. Но как её тут покинуть? Ей-то путь на Землю был закрыт. Из ГРОЗ пришёл окончательный ответ: эти существа – по форме люди, опасны в виду их принципиальной непознаваемости, невозможности их объяснения. Кто они? Какова их цель? А на Земле была лишь старая мать. Ушедшая как в небытие в свои старинные коллекции и миражи истории, и никогда его не любившая, даже в детстве. Земная жена Лора, – её нет в живых. Артур есть, он здесь, но он его не принимает, холодно мерцает глазами матери, хотя у той в глазах всегда были лишь любовь и покорность. Девушка – маска, но она не казалась даже реальностью, став ещё одним миражом с утраченным отчего-то лицом. Вначале он стирал её из себя, потому что она несла в себе обвинение ему, тоску, но потом она стёрлась и в самом деле, своими деталями, своей терзающей его неповторимой красотой, оставив после себя переливчатый лоскут платья и странную венецианскую маску, карнавальную, старую и с повреждённым красочным слоем на ней. Где она была сейчас и с кем? Ведь и воспоминания о ней могли быть ложными, всего лишь инопланетной прошивкой, наваждением, насланным немилостью оскорблённой местной богини, которую местные развратники заточили в синюю бутыль с отравой для души. И он вдруг отчётливо вспомнил зловещее пророчество друга-недруга Воронова о том, как на неведомой планете он будет схлещиваться хвостом с таким же хвостатым монстром в звериной битве, намекая на негодную составляющую, недостойную человека, в самом Рудольфе. Как он тогда взвился, едва не швырнул шефу в лицо чашку с его мерзостным кофе. Лишь чудом удержался, не желая подтверждать мнение о себе как о том, кто не контролирует низшие импульсы.
Кто ещё есть? Нэя. Но Икринка требует её отторжения, как незаслуженной ему награды за всё то, что он тут натворил. А сама эта ангельская девочка, что есть в её душе, кроме заброшенного детства, бедности провинции с вечно пьяным дедом, у которого имелись свои зловещие маски, да не одна! И с полупомешанной бабкой –знахаркой, живущей в своих цветочно-растительных мирах. И единственное её, дочери, наполнение – это любовь, яркая и обречённая быть короткой, с пришельцем со звёзд, погубившим её мать, хотя и невольно. Поскольку пришелец – возлюбленный очнется от её чар, как и он в своё время от чар её матери, и что будет с нею? И это здесь на Троле? Где люди быстро стареют, рано умирают, и часто от неизлечимых болезней.
Было