три года. Оставь его в покое, Кэрк. Кочевники своих детей с десяти лет отпускают гулять по пустыне, а ты прицепился к нему, как репей.
– Сперва заимей собственного сына, а потом учи других.
Никлас встал напротив повозки в которой лежали три огромные туши, похожие на ощипанных птенцов. У бескрылых птиц была гладкая, бледно-розовая кожа с панцирными наростами на спине и боках. На длинной шее сидела уродливая голова с острым клювом. Мощные задние лапы, как у ящера, заканчивались тремя пальцами с вогнутыми когтями. Длинные хвосты, увенчанные острыми шипами, свисали с края телеги.
Оба охотника долго смотрели на повозку с тушами стервятников.
– Так сильно обобрали, – заключил старик.
– Только телегу и клячу оставили. Хорошо еще, что лук был запасной, а вот саблю жалко. Настоящая была, абордажная. Я ее нашел в песке на берегу. Такие только у пиратов бывают.
– Радуйся, что жив.
– Весь день радовался, – сквозь зубы процедил он, достав из соломы плетеную корзину. – Эх, плевать! Потом разберусь. Ничего не хочется делать.
С этими словами Никлас зашагал прочь, держа корзину под мышкой. Он был так зол и измотан, что даже лошадь распрягать не стал.
– Но с Гримбальдом все в порядке? – не отставал Кэрк. – Лесные нищие его не поранили?
– Пусть бы только посмели! Твари трусливые. Ничего не умеют, кроме как воровать и пьянствовать. У нас в Данвилле с ними не церемонились. Добрый герцог Дастан для таких устраивал публичные распятия в полях. Лентяи так и стояли во ржи, как пугала, до самых заморозков.
Подступив к остроконечной хижине на краю лагеря, он плюхнулся на бревенчатую скамью. Кэрк присел рядом.
– Ты, конечно, прав, – согласился седовласый. – Бандитов на Миркхолде становится все больше. Это, наверное, из-за войны с никтами. С тех пор, как они захватили Форстмард, на острова потянулись тысячи беженцев. Об этом я и хотел с тобой поговорить.
– О войне? – рассеянно улыбнулся он, снимая с корзины кусок дерюги. – Вот и рыбаки твердят, что видели галеры с красными флагами недалеко от Жемчужной бухты. Да только зачем никтам нападать на Миркхолд? Тут нет еды и плодородных земель, а ведь им только это и нужно. За тридцать лет они двенадцать раз штурмовали Данвилл и только три раза рудники Джемсвилла. Пшеница против самоцветов, Кэрк. Камнями сыт не будешь.
– Нет, Никлас, – возразил старик, прихлопнув севшего на руку комара. – Никты меня не волнуют. Я хотел поговорить о нас. Охотников за пределами города становится все меньше. В прошлом месяце спалили Каменный лагерь возле Аркмонта.
– Да. Я слышал. Работа Ходда и его шайки.
– Правильно. Марек был лучшим охотником в долинах Готфорда, и теперь он мертв.
– Марек был хорошим охотником и плохим бойцом, – поправил он, вспоминая доброго юношу, чем-то похожего на Гримбальда. Когда пришли бандиты, он как всегда стал болтать ерунду и получил удар кинжалом под ребра.
– Ну а на прошлой неделе