с дороги.
В гостинице они подошли к стойке, за которой стоял тучный мужчина в грязном фартуке. У пояса горожанин держал три разделочных ножа. Лицо бывшего мясника густо заросло щетиной. Гримбальд, глядя на него, в который раз заметил, что в Готфорде было очень мало ухоженных людей, даже среди богачей. Только нисманты да прислушники местной кеновии ходили с выбритыми лицами.
Привалившись к стойке, Фергус внимательно посмотрел на верзилу и три раза похлопал себя по левому наплечнику, делая вид, будто смахивает с него пыль. Благодаря этому жесту члены поддворья узнавали друг друга, не вызывая подозрения у окружающих. Хитрый прием ввела Кассия, заменив расколотые монеты, демонстрировать которые стало небезопасно.
Бородач лишь отмахнулся, дав понять, что в их случае это лишнее, и повел на задний двор. Отгороженный с трех сторон каменной стеной сад был густо затянут козлиным стержнем. В центре его стоял высохший колодец, закрытый досками. Вдыхая сладостный аромат сирени, Гримбальд ненадолго отвлекся, а когда повернулся, заметил, что бородач и Фергус уже открыли двери погребка. Внизу ополченец запалил факел и направился к металлическому люку, спрятанному за рядами бочек. Бородач помог стражу поднять тяжелый квадратный щит с дырками и махнул ему рукой.
Гримбальд шесть лет ходил этим путем и привык к неудобствам. Протиснувшись в узкий лаз, он стал быстро спускаться, цепляясь за скобы, вбитые в стену шахты. Очутившись внизу, он принял у Фергуса факел и дождался, пока тот спустится следом.
Наверху звякнул люк. Глухо хлопнули двери погреба. Очутившись в каменном коробе, друзья стали спускаться глубже и, преодолев цепь ступеней, вскоре попали в помещение с арочным сводом. Напротив стояло несколько сундуков, четыре кровати и длинный стол с шестью стульями. В углу пылала жаровня. Рядом с аркой, ведущей в лабиринты городской канализации, сверкали два рыцарских доспеха.
В былые времена это был один из первых коллекторов, которые Кассия распорядилась вычистить и обложить кирпичом, превратив в подобие «приемной» для гостей. Теперь это место по красоте не уступало прихожей губернаторского дома. Уж кто-кто, а их подруга знала, как наводить порядок. Став воровкой, она два года проработала служанкой в верхнем пределе, и многое выведала о жизни влиятельных горожан, в том числе переняв их любовь к роскоши.
Стоило Гримбальду и Фергусу покинуть арочный зал, как к ним подошел стражник с масляным светильником.
– Кассия нас ждет, – объяснил Фергус.
Вор жестом велел гостям следовать за ним, но далеко они не ушли. В коридоре все трое натолкнулись на осанистого мужчину в сиреневом дублете. Ухоженный и опрятно одетый, он был похож на дворянина, которого в канализацию могло занести разве что приливом. Длинные золотистые волосы были забраны в хвост. Острые усы, словно серпы, загнуты кверху. У пояса висела рапира.
Заметив визитеров, он пожал каждому руку, после чего отозвал стражника.
– Фергус,