зала освещая их. Он почувствовал, что слабеет и оглядывая зал понимает, что остался один. Его солдаты словно испарились, пришло и его время. Факела потухли, а зал стал наполнятся светом. Тьма растворилась.
ГЛАВА I
ЗАКАТНЫЙ ПЕПЕЛ
Смеркалось. Кони скакали быстро. Быстро настолько, что пыль поднималась под их кованными копытами и взвинчивалась в воздухе, оставляя подобие воронки в пространстве. Десять всадников, хорошо вооруженных в латных доспехах серебрено – синего цвета, мчались вперед, не обгоняя друг друга, а скача ровными рядами, словно были обучены этому с рождения. Позади всей конницы ехало двое солдат на небольшом друг от друга расстоянии, держа в руках могучие, извивающиеся под наступающим ветром знамена с готовящимся схватит свою добычу ястребом. Впереди всей кавалерии ехала кобыла, запряженная прочной с виду повозкой, пустующей, явно предназначенной для перевоза или переправления какого – то груза. Около четырех дней назад рыцари покинули Старшую крепость и направились в портовый город близ пепельной бухты, куда должен был приплыть корабль. Не трудно догадаться, что войны выступали в роли королевских гонцов и представляли волю государства, ведь не редко на дорогах и трактах случаются облавы на торговцев и купцов, везущих свои ценности. От того и такая осторожность, и в нынешнее неспокойное время лишний меч будет как раз кстати. Казалось бы, у такой гвардии не кто не смог бы встать на пути, уж настолько воинственно они выглядели: все эти сверкающие латы с мечами в ножнах и с флагами своей провинции, тяжелыми кобылами в кованных лошадиных нагрудниках, гордо мчались вперед, выполняя свой долг перед государством. Спустя какое – то время всадники сбавили темп и стали ехать не спешно, давая отдохнуть вымотанным лошадям, проехавшим не один десяток миль. Дороги в этих землях были не ахти, как и погода, которая переменчивым то ливнем, то бурей окутывала протоптанные тропы и большаки, размывая их так, что те становились похожи на кучу глина вырытой массы, испещренной ямами и углублениями. Неожиданно конница замерла. Ехавший впереди отряда, но позади повозки, всадник выскочил на своем скакуне вперед, чтобы осмотреть местность. Конь затоптал гремучими подковами и громко фыркнул, пытаясь остепенится. Равнинные холмы с небольшими уродливыми кустарниками, прорастающие вокруг, застилали все, словно стая летучих мышей. Неожиданно лошадь стала нервничать и дергаться, пытаясь скинуть наездника с седла, перебираясь копытами то вперед, то назад.
– Тише Блеск. – сказал всадник, поглаживая гриву своего скакуна. – Это всего лишь ветер…
И правда, ветер был настолько силен, что, дуя в лицо, казалось, что он вот – вот сорвет плоть с мышц и костей, не говоря уже о мелких сорняках и кустиках. Так продолжалось еще какое – то время, пока всадник не достал из – кармашка, вшитого в его вываренный из кожи пояс, какое – то угощение, напоминавшее засушенный и засахаренный фрукт. Лошадь принюхалась и попыталась дотянутся до вкусного лакомства, подергивая серебряной