подарочек в праздничной упаковке, – оживился при виде меня младший Леконт, подтягивая ближе к себе соседний стул. – Иди сюда. Я тебе место занял.
Собственно, выбирать было не из чего: оставшиеся места во главе и торце стола явно предназначались не для гостей. Так что пришлось, мысленно проклиная всех эльмаров в целом и одного конкретного ухмыляющегося типа в частности, под недовольным взглядом Флориана садиться между ним и братом.
– Невероятно унылое платье, – оглядев меня, выдал младший Леконт, не успела я устроиться за столом. – И где же бантики? Неужели только на подвязках?
Он потянулся ко мне, словно хотел проверить. Дыхание эльмара пошевелило чувствительные волоски за ухом, ладонь скользнула вдоль шеи к плечу, оглаживая воздух в считаных миллиметрах от кожи.
Мгновение – и с противоположной стороны ко мне подался Флориан. По взбешенному лицу, тяжелому дыханию и силе, с которой средний Леконт стиснул мое запястье, стало очевидно, что Адриан дразнил вовсе не меня, а собственного брата. Зажатая между двумя Леконтами, я чувствовала, что еще немного – и они просто разорвут меня надвое, как дети, не поделившие новую игрушку.
Очаровательная семейка.
На мое счастье, в коридоре послышались неспешные шаги, и Флориан, отпустив меня, рывком поднялся с места. Его примеру последовали Себастиан с Мадленой и я. Демонстративно сидеть остался лишь Адриан, но он, как я уже поняла, любил бросать вызов семейным устоям.
Пару секунд спустя двери обеденного зала распахнулись, пропуская внутрь главу рижских эльмаров и двух его спутниц.
По человеческим меркам Дориану Леконту было около семидесяти, но возраст выдавали лишь едва заметные морщины, придававшие лицу эльмара строгий и суровый вид, и чуть тронутые сединой темные виски.
За первые сорок лет жизни он успел три раза жениться – дважды на чистокровных эльмарках, – завести четырех детей и возглавить Леконт-Арморис, получив полный контроль над активами клана. А затем в Галлею пришла чума, и феноменальное чутье, в любой катастрофе выносящее Леконтов на самый верх, подсказало Дориану, что нужно делать. Оружейные заводы перепрофилировались в медицинские лаборатории. Имя Дориана Леконта прогремело на всю страну и далеко за ее пределами, сопровождаясь то восхищением, то проклятиями.
С тех пор как совет директоров «Леконт-Фарма» официально возглавил старший сын, глава семейства отошел в тень, управляя делами из собственного особняка. Большую часть времени он проводил на острове Мордид, избегая публичности и прицела камер вездесущих журналистов. Но не узнать его было невозможно. От Дориана Леконта исходил ореол властной силы, рождавший в сердце страх и благоговейный трепет.
Спутницы же, несмотря на яркую внешность, на фоне главы клана казались незаметными. Черноволосую эльмарку в строгом брючном костюме я узнала – это была Сандрин, сестра-близнец Себастиана, также работавшая в «Леконт-Фарма». Лицо второй девушки – эффектной рыжеволосой красотки с чертами аранхов – в газеты