потребовали или ещё где, но мировая пресса параллельного мира превратила его в тяжело больного человека с маниакальными наклонностями. В телерепортажах из Союза его так и называли – сумасшедший террорист. Они, видите ли, искренне скорбели по кончине Горбачёва. Ушёл из жизни видный государственный деятель, и так далее. Ну да ладно, если это единственный изъян тамошней жизни, то с ним легко можно смириться. Да и кто его знает, было ли так на самом деле? Всё же по репортажам из капиталистической России они должны были понимать, куда бы их привёл меченный дьявольским знаком развесёлый трубадур Миша.
В нашей организации Сигурд считался героем номер один всех времён, народов и измерений. Настоящим святым. Мы на него молились, справляли его день рождения (дату которого точно не знали, но почему-то отнесли её к июлю месяцу) и хотели стать такими же твёрдыми и решительными, как он.
В Штатах, насколько можно судить, после этого теракта всё развивалось как обычно: власть перешла к вице-президенту, затем руководители государства сменялись один за другим, хотя имена последующих за Рейганом президентов ни в одном репортаже не назывались – ну и правильно, чего вспоминать глав уже несуществующей, по крайней мере, в прежнем виде, страны.
А вот в Союзе произошли радикальные перемены. Высшее руководство государства не на шутку встревожила, да и просто морально прибила к земле выходка славного героя Сигурда, гыгыгы. Была выработана новая концепция собственного развития и взаимоотношений с другими государствами мира. В общем, напуганные и разозлённые коммунисты решили вернуться к идее первых послереволлюционных лет, где основной задачей ставилось распространение социалистической революции по всему миру и окончательное обращение человечества в благую коммунистическую веру. Без мирового господства, поняли они, им не удержать коммунистическое знамя в руках. Если существует внешняя угроза – а от кого она исходит, от государства или от отдельного готового на всё человека – Советский Союз не может быть уверен в своём безопасном будущем. Концепция эта стала залогом будущих побед коммунистической идеи во всём мире.
Сразу после смерти Горбачёва генеральным секретарём ЦК КПСС стал занимавший на тот момент должность секретаря ЦК (то есть заместителя генсека) Григорий Васильевич Романов. До этого член Политбюро, до этого – первый секретарь Ленинградского обкома КПСС. Кстати говоря, он должен был становиться генсеком сразу после Андропова, а то и после Черненко, но всякий раз его обходили. Наконец власть отдалась этому великому человеку во всей полноте и звучной величественности. Именно с Романовым связаны победы коммунизма во всём мире. Между прочим, он до сих пор находится у руля в Союзе, хотя на людях, как можно было понять, уже не появляется – ему вот-вот исполнится сто два года, он мудр и равнодушен к внешним проявлениям славы.
Представьте себе руководителя государства, который без оглядки на международное