эксперты не смогли определить причину смерти. Один заключил, что Филиппов умер от сердечного приступа, другой, что от отравления парами синильной кислоты.
Лепехин: (лат.) Mors ex causa ignota (смерть от неизвестной причины).
Ордовский-Танаевский: (рус.) А ещё в доме напротив в это время произошёл взрыв и пожар! Сгорели кухарка и дворник.
Лепехин: (рус.) Лаборатория Филлипова на пятом этаже, а сгорел одноэтажный пристрой в глубине двора четырёхэтажного дома. Не вижу связи.
Ордовский-Танаевский: (рус.) Может быть он неудачно испытывал свой прибор?
Лепехин: (рус.) Никаких приборов, насколько я помню, в квартире Филлипова найдено не было.
Ордовский-Танаевский: (рус.) Вот в этом и состоит мистика происшествия, ваше сиятельство… Сегодня при посадке в поезд я видел, как князь Гагарин распорядился один огромный кофр непременно отнести в их с баронессой купе, хотя этому кофру самое место быть в багажном вагоне. Вот интересно, как они в своём купе с этим кофром помещаются?
Лепехин: (рус.) Послушайте, Николай Александрович! Это частное дело частного человека… Не стоит такие вещи обсуждать в моём присутствие…
Ордовский-Танаевский: (рус.) Может быть сейчас князь Гагарин как раз и везёт это чудовищное оружие в Лондон!? Покажет его в Адмиралтействе. Получит деньги и мастерскую на доводку… А потом мы увидим выходящим с британских стапелей уже не чудовище, вроде Дредноута, а какую-нибудь миноноску с одной пушкой на носу… Способной сжигать одним залпом эскадры!
Лепехин: (рус.) Не стоит вам, Николай Александрович, распространять подобные досужие домыслы… Впрочем, вероятно, уже можно проходить на завтрак в ресторан? Как вы считаете?
Лепехин поднялся и решительно направился к витринной перегородке между «библиотекой» и рестораном.
Часть вторая. Ресторация
Уверенными движениями карандаша баронесса Андерсен рисовала в своём блокноте широкооконный вагон-ресторан, с белыми конусами сложенных салфеток, аквамариновыми бутылками минеральной воды, люстрой под потолком, деревянными болванками швейцарского шоколада в лиловых обертках у столовых приборов, зыбь глазчатого бульона в толстогубых чашках, кренящихся в такт движению состава эквилибриста-лакея, плавным веером раскрывающиеся луга вдалеке и ближние деревья. И утренний месяц, светящий над тарелкой омлета с горячим вареньем, с жадностью поглощаемого Володей Сириным за четырехместным столиком в компании своей мамы Елены Ивановны, младшего брата Сергея и необъятных размеров гувернантки. И раздраженного князя Гагарина в сопровождении ослепительной баронессы де Ге-Абди, на столик которых неловко навалился официант Шовен, несущий чай для мсье Моллара, капитана Арно и принцессы Фахрия, сопровождаемой своей темнокожей невольницей Массаидой. Князя Лепехина, сидящего за двухместным столиком вместе с восхищённо разглядывающим жаркий африканский зад действительным статским